Кровавая плата полностью

– Мне необходимо подготовиться. Прошлой ночью он закончил вторую часть узора.

– Получается, он мог завершить…

– Нет. В противном случае мы бы знали.

– Но следующая смерть – та, что возобновит узор – она может завершить…

– И все равно нет. Даже самые незамысловатые символы требуют больше времени.

– Прошлой ночью ты был готов.

Он был там, как и она.

– Почему ты не остановил демона?

Но, собственно, почему этого не сделала она сама?

– Остановил? – В его смехе не слышалось веселья. – Он двигался так быстро, что я едва смог разглядеть его. Но теперь, когда я знаю, с чем имею дело, я буду его ждать. В следующий раз я смогу заманить его в ловушку и уничтожить.

Звучало обнадеживающе, если, конечно, у них был этот следующий раз.

– Тебе уже приходилось это делать?

Ей требовались заверения, но Генри, понимая, что может заставить ее поверить во все, что сочтет нужным, вдруг осознал, что не может ей солгать.

– В общем, нет.

Джиневре он тоже никогда не мог лгать – еще одна параллель между двумя женщинами, которую он предпочел бы не подмечать.

Вики сделала глубокий вдох и принялась дергать край свитера.

– Генри, насколько все окажется плохо, если названный демон вырвется на свободу?

– Насколько плохо? – Он вздохнул и, понурившись, прислонился к книжному шкафу. – Рискну прозвучать комично, но тогда на нас обрушится весь ад.

Норман оглядел паб «Небылицы» и нахмурился. По четвергам, пятницам и субботам – в дни, которые он специально отвел для того, чтобы реально подцепить телочек, – он каждый вечер приходил пораньше, чтобы занять столик. Пока что каждый раз к половине десятого – десяти кто-нибудь обязательно подсаживался к нему. Но сегодня, в четверг, накануне длинных пасхальных выходных, в студенческом пабе было пусто, и, судя по всему, компания ему не светила.

Ездить на Пасху домой некруто, самодовольно думал он, водя пальцем вверх и вниз по капелькам на отпотевшем стакане с диетическим имбирным элем. Его родители расстроились, но он оставался непреклонен. По-настоящему крутые пацаны тусовались в университете все выходные, а Норман Бедуэлл отныне тоже был крут.

Он вздохнул. Судя по всему, крутые парни не тусили в «Небылицах». Он бы уже давно плюнул и отправился домой, если бы не рыженькая за столиком в углу. Она была совершенно прекрасна – в ней было все, что так нравилось Норману в женщинах. Он уже давно любовался ею через весь лекционный зал на парах по сравнительному религиоведению. Огненно-рыжие волосы придавали шарма; пусть она была невысока ростом, но это компенсировалось сантиметрами в других областях. Норман представлял себе, как сорвет с нее рубашку и будет просто глазеть на податливые холмики плоти под ней. Она улыбнется ему в слепом обожании, и тогда он протянет руку, чтобы коснуться. Дальше этого воображение Нормана не работало, поэтому он проигрывал сцену снова и снова, наблюдая за девушкой через зал.

После одного-двух бокалов пива голоса за угловым столиком стали громче.

– Говорю же тебе, есть доказательства того, что убийца – создание ночи! – воскликнула рыжеволосая.

– Спустись на землю, Корин!

Так ее звали Корин! Сердце Нормана забилось быстрее, сбиваясь с ритма. Он подался вперед, чтобы лучше слышать.

– А как насчет отсутствующей крови? – не отступалась Корин. – Всех жертв выкачали подчистую.

– Псих, – фыркнула в ответ ее собеседница.

– Гигантская пиявка, – предложила другая. – Гигантская пиявка ползает по городу, пока не найдет очередную жертву, и тогда… ЧАВК-ЧАВК!

Норман отхлебнул пива с подобающим в данной ситуации звуком. Сидящие за столом застонали и принялись бросать в него салфетки. Тогда над шумом пронесся голос Корин:

– Говорю вам, в этих смертях не было ничего естественного!

– Гигантские пиявки тоже необычны, – пробормотала высокая блондинка в ярко-розовой фланелевой рубашке.

Корин повернулась к ней.

– Ты прекрасно знаешь, что я имела в виду, Джанет. И я не одна так думаю!

– Ты о тех историях в газетах? Про вампиров, что бродят по городу, и все такое?

Джанет театрально вздохнула и покачала головой.

– Корин, они не верят во всю эту ерунду – просто пытаются продать газету.

– Никакая это не ерунда! – настаивала Корин, ударяя пустой кружкой по столу. – Иэна убил вампир!

Ее губы превратились в тонкую упрямую полоску, в то время как остальные обменялись красноречивыми взглядами. Одна за другой ее приятельницы извинялись и покидали паб.

Корин даже не взглянула, когда Норман занял стул, который недавно освободила Джанет. Она думала о том, какими глупцами будут выглядеть ее так называемые подруги, когда частный детектив найдет и уничтожит вампира. Тогда они перестанут над ней смеяться.

Норман несколько мгновений раздумывал над тем, как лучше завести разговор, и попробовал начать с робкого «Привет». В ответ Корин одарила его ледяным взглядом, что несколько обескуражило Нормана, но он проглотил обиду и продолжил:

– Я просто хотел сказать, что я тебе верю.

– В каком смысле? – Вопрос оказался немногим радушнее, чем ее взгляд.