— Конечно, — предложил Бун. — Неважно где, главное — чтобы вместе.
— Спасибо вам. — Рошель подняла руки и одну за другой начала вытаскивать шпильки из волос. — Просто… спасибо.
Когда она встряхнула волосы, сняла сапоги на высоком каблуке и села, поджав под себя ноги, Бутч улыбнулся. Ничто не сравнится с этим чувством — иметь возможность распустить волосы и расслабиться в компании своей семьи, пусть их и связывала дружба.
Он узнал это на собственном опыте.
— Ладно, — сказал Бутч. — Сейчас мы заберем тело. Ребята, если не возражаете, хочу, чтобы вы остались в гостиной.
— Без проблем, — сказал Бун, когда женщины кивнули.
— И, слушай, в конце ночи я собираюсь связаться с родителями Мэй. Отправлюсь к ним домой лично. Они должны знать, что произошло.
— Разумеется, — сказала Рошель. — Было бы чудесно. И прошу, не стесняйся выдать всю информацию, мне нечего скрывать. Больше нечего.
— Хорошо. — Бутч помедлил, но все-таки посмотрела на Буна. — Ты же понимаешь, что сейчас дом принадлежит тебе?
— Что? — удивился мужчина.
— Марквист мертв. Ты — прямой наследник своего отца. Понимаю, не время думать об этом, но закон есть закон. Так обстоят дела. — Бутч махнул рукой. — Но, как я сказал, не думай об этом. Не знаю, почему мне нужно было обозначить это именно сейчас.
Последнее предложение — чушь собачья. Смысл в том, что Бун всегда был верным и надежным парнем. А папаша и дворецкий нагадили ему по полной… но да ладно.
Просто хочется, чтобы в конечном итоге справедливость восторжествовала.
— Звоните, если понадоблюсь, — сказал он троице.
Развернувшись, Бутч собрался выйти из комнаты, когда кто-то схватил его за руку. Оказалось, это была Элания.
— Твоя сестра очень гордится тобой, — прошептала она. — Ты в очередной раз помог близким обрести покой и решимость двигаться дальше.
Бутч задержал дыхание. Он не знал, как ответить. Но это и не важно. Элания крепко обняла его, и этого было достаточно, чтобы выразить чувства.
Когда он опустил голову, обнимая ее в ответ, Бутч чувствовал, что боль в его душе, та, что он всегда носил с собой… немного ослабла.
Джейни, это ради тебя, подумал он.
В конце концов, каждый пойманный им убийца, был ради нее.
***
Наблюдая, как Элания обнимает Бутча, Бун все еще думал о том, что Брат сказал о завещании. Но, Бутч, видимо, прав. Марквист мертв, бенефициар не определен… а он — прямой наследник.
Поднимаясь на ноги, Бун размял спину, но встал он не для этого. Он взглянул на гостиную свежим взглядом, оценивал возможность остаться здесь.
Но это — сумасшествие. Он не хотел этого глимеровского дерьма. Никогда не восхищался этим, но после того, что пережили Элания и Рошель? Его не интересовало…
Через дверной проем он увидел, что персонал дома все еще сгрудился в фойе, Томэт и примерно дюжина додженов. И все они смотрели на него. Они определенно слышали слова Бутча.
Потому что на их лицах отражалась надежда.
В их глазах была верность… Буну.
— Думаю, они хотят, чтобы ты остался, — мягко сказала Рошель.
Когда Элания подошла к нему, он раскрыл объятия, привлекая ее своему телу. Они стояли вместе, пока выносили тело Марквиста, открытая дверь впустила холодный порыв ветра в дом, выдавливая тепло. Но когда Братья попрощались, Бун через окно в гостиной наблюдал, как машина скорой помощи скрывается в ночи.
После их отъезда в доме воцарилась странная тишина, пустота шокировала… и дарила чувство освобождения.
— Как насчет того, чтобы перекусить? — предложила Элания. — Этим мы собирались заняться, перед тем как…
— Разверзся ад и преисподняя? — пробормотал он.
— Ага.
Рошель встала.
— Думаю, нам стоит дать горячему шоколаду второй шанс.
— Может, не судьба? — предположил Бун. — Стоит попробовать что-нибудь другое.
— Нет, я не суеверная, — сказала его подруга, когда они втроем направились на выход из гостиной.
Оказавшись в фойе, Бун помедлил и посмотрел на персонал.
— Томэт, думаю, всем не помешает хорошо подкрепиться. Немного еды. Напитки. И я имею в виду всех… всех домочадцев. Всем вместе.
Смотря шеф-повару прямо в глаза, Бун понимал, что устанавливает новое правило. Новый порядок действий. Нововведения в этом доме.
А если доджен не согласится? Тогда Бун ясно осознал, что он уйдет. Продаст дом и персонал. Начнет с чистого листа, оборвав связь с больным, ущербным, ядовитым наследием его семьи.
Томэт окинул взглядом персонал. Послышался шепот. А потом шеф-повар низко поклонился.
— Мой Господин, мы поддерживаем ваше решение. Предлагаю перейти на кухню и всем вместе определиться с меню?
Бун медленно улыбнулся и обхватил Эланию за плечи.
— Хороший план. Такой… такой вариант мне нравится.
Неровная процессия устремилась через столовую и вошла в комнату для полировки посуды и кладовую. Проходя мимо открытой двери в комнаты дворецкого, Бун плотно закрыл ее.
Спустя час они все сидели за столом в столовой, передавая по кругу серебряные подносы и фарфоровые чашки, наполненные разнообразными блюдами и закусками, приготовленными общими усилиями, все прислуживали друг другу, а тарелки были наполнены одинаковой едой.
