Битых пятнадцать минут Маккалеб бомбардировал вдову вопросами о рутинных занятиях супруга, его передвижениях за последние недели, предшествовавшие убийству. Исписал три страницы в блокноте, но так и не нащупал ничего существенного. Джимми Корделл трудился не покладая рук, практически все свободное время проводил с семьей. Незадолго до смерти работал на участках акведука в центральной части штата, на юг, по твердому убеждению супруги, не ездил, а в Вэлли, да и вообще в Лос-Анджелесе не бывал с прошлого года.
Маккалеб захлопнул блокнот.
– Огромное спасибо за помощь, миссис Корделл. Осталось прояснить единственный момент: у вашего супруга ничего не пропадало из личных вещей?
– Личных вещей? О чем вы?
Амелия проводила Маккалеба к «сабурбану». По пути они успели обсудить одежду и ценности покойного. Вдова заверила, что все на месте. Тут камера наблюдения банкомата не погрешила против истины. Оставался автомобиль.
– Машиной никто не пользовался? – спросил Маккалеб, пока женщина отпирала «шевроле»
– Я отогнала ее от управления шерифа, хотя раньше никогда на ней не ездила. Джимми покупал внедорожник исключительно для работы. Использовал строго в командировках, чтобы не запутаться с отчетностью. Для меня она чересчур высокая. Неудобно забираться, да и выбираться тоже.
Маккалеб распахнул водительскую дверцу и заглянул в салон. Заднее сиденье было поднято, все пространство занимал рабочий инвентарь, складной стол для чертежей и прочие инструменты. Нет, на такое стрелок вряд ли бы покусился. Слишком безликое имущество.
Маккалеб сосредоточился на кабине. Приборную доску покрывал толстый слой пыли. Очевидно, Корделл путешествовал с открытыми окнами. Маккалеб отогнул пальцем дверной карман: внутри обнаружились топливные чеки и блокнотик на спирали, куда Корделл скрупулезно вносил пробег, даты поездок и пункты назначения. Маккалеб полистал блокнот в поисках упоминания Вест-Вэлли, в частности Четсуорта или Канога-Парка, но ни тот ни другой в списках не значились. Выходит, Амелия не ошиблась.
Под козырьком со стороны водителя нашлись две сложенные карты. Маккалеб развернул их на капоте. Одна оказалась атласом с перечнем заправок, а вторая изображала акведук и ведущие к нему дороги. Никаких любопытных или выбивающихся из общего ряда пометок на картах не было. Маккалеб сложил их и сунул обратно под козырек.
Потом уселся за руль, осмотрелся. Поинтересовался у вдовы, не висело ли на зеркале заднего вида каких-нибудь безделушек. Женщина отрицательно помотала головой.
Маккалеб обыскал бардачок, исследовал приборную панель. И опять ничего интересного: сплошь рабочая документация, аудиокассеты для магнитолы (Корделл предпочитал музыку в стиле кантри), целый набор ручек и механических карандашей, стопка вскрытых конвертов. Все вроде бы на месте.
– У вашего супруга была любимая ручка или карандаш, которыми бы он особенно дорожил?
– Честно сказать, не припоминаю.
Маккалеб снял резинку с конвертов и принялся перебирать почту. Преимущественно письма из департамента, уведомления о совещаниях, докладные записки о проблемах с акведуком, требовавшие внимания Корделла. Маккалеб снова перетянул стопку резинкой и спрятал в бардачок. Вдова молча наблюдала за его манипуляциями.
В углублении между сиденьями валялся пейджер и солнечные очки. В тот роковой день Корделл возвращался домой затемно, и это объясняло наличие очков. Но не пейджера.
– Миссис Корделл, почему пейджер остался в машине? Разве ваш супруг не носил его постоянно?
– Джимми не надевал его в длительные поездки, – после секундной заминки откликнулась женщина. – Говорил, корпус впивается в бок. Иногда вообще забывал нацепить и пропускал сообщения. Думаю, причина в этом.
Пока Маккалеб сосредоточенно размышлял, где бы еще поискать, пассажирская дверца распахнулась и Локридж сунул голову в салон.
– Как продвигается?
Маккалеб сощурился от яркого света, который бил прямо в лицо.
– Уже заканчиваю. Подожди меня в машине.
– У меня задница затекла, – буркнул Бадди и, спохватившись, обратился к Амелии: – Прошу прощения, мэм.
Мысленно костеря Локриджа, Маккалеб представил его вдове как своего напарника.
– Что мы ищем? – осведомился Бадди.
– Мы? Лично я ищу то, чего здесь нет. Иди обратно, я скоро.
– Отсюда что-то стибрили? Ясно.
Локридж опустил козырек со стороны пассажира. Маккалеб там уже проверял – пусто.
– Все верно, Бадди. Почему бы тебе не…
– А здесь что было? Фотография?
Локридж ткнул пальцем в приборную панель. Маккалеб глянул в указанном направлении, но ничего не увидел.
– Ты о чем?
– Да вот же! Видишь пыль? А здесь чистый участок. Может, след от парковочного талона?
Маккалеб снова присмотрелся, но по-прежнему не понял, о чем толкует Бадди. Тогда он сдвинулся вправо, облокотился на соседнее сиденье.
И наконец увидел.
