– У меня в трюме два десятка бочек с взрывчаткой, – невозмутимо заявил Доши, которого, очевидно, не смущало присутствие взрывчатки на летучем корабле. – А в моей каюте стоит сундук алхимических гранат, способных дотла спалить Кромешную Жуть. Ну и баллисты кое-где припрятаны.
– Ага, в тех самых люках, – сказала Кьюра.
Доши одарил ее широченной улыбкой.
– Да ты вооружился под завязку, – пробубнил Родерик, жуя горсть снега. – Будто пират какой-то.
К удивлению Тэм, никто не укорил сатира за невежливое замечание. Все с нетерпением ждали ответа капитана.
– Так я и был пиратом, – сказал он, поправив очки на лбу. – Тогда и захватил этот славный корабль в первый раз.
– В первый раз? – с любопытством осведомился Брюн, вручая деревянную кружку Доши; шаман сидел рядом с бочонком рома и наполнял кружку, когда ее опорожняли.
– Мы с ребятами нашли корабль на отмели у Барбантина, – пояснил Доши. – Когда шныряли по мелководью и со всех, кто нам встречался, взимали дань для Соленой королевы.
– То есть грабили, – уточнил Вольное Облако.
– Любая дань – грабеж. И не важно, король ее требует или какой-нибудь лихой молодец приставляет нож к горлу, – твой кошелек все равно легчает. В общем, да, грабили путников. А однажды утром заметили у берега «Морскую пену». Корпус насквозь прогнил, паруса обветшали в лоскуты. Мы поначалу решили, что это обычный корабль разбился о скалы, а потом увидели кольца…
– Приливные двигатели? – спросила Тэм.
Доши опустошил кружку и вернул ее Брюну.
– Ага. Ребята хотели их снять и выгодно продать в Алдее. Это ж чистый дюрамантий. Мы бы все разбогатели, как принцы с юга, купались бы в деньгах. Вот только не смогли бы сделать то, чего мне больше всего хотелось.
Брюн передал кружку Кьюре.
– И чего же тебе хотелось?
– Летать, – ответил Доши, глядя в треснувшее стекло иллюминатора. – Той ночью разразилась гроза, молния ударила в воду рядом с кораблем, один из двигателей ожил. Я тут же спустил шлюпку, погреб к берегу, залил второй двигатель соленой водой и наладил рулевые шары. В общем, к утру все заработало, если так можно выразиться. Ну, я и полетел в Аскатар – кормой вперед, а поворачивать мог только вправо. Полностью починить корабль я не мог, а мои ребята наверняка меня искали, поэтому я продал его какому-то жирному нармерийскому купцу, который отвалил мне столько золота, что хватило нагрузить трех колаков.
– А что такое колак? – спросила Тэм.
– Как верблюд, только с чешуей и без горбов, – ответила Кьюра, возвращая кружку Брюну.
– А что такое верблюд? – не унималась Тэм.
– Как колак, только мохнатый и с горбами, – ответила Роза, не сводя глаз с Доши. – Значит, ты взял деньги?
Капитан помотал головой:
– Мне очень хотелось. Честное слово. Только я не мог отделаться от ощущения, что теряю больше, чем приобретаю. Хотя денег было столько, что дракону не сосчитать. – Он смущенно затеребил кушак. – Я вырос в нищете, для меня деньги всегда означали свободу. Свободу идти куда хочешь, есть и пить сколько влезет, быть кем пожелаешь… Но все, чего хотелось мне, – это быть вот здесь… – Он обвел рукой корабль. – Я узнал вкус настоящей свободы и жаждал большего.
Кружка перешла к Тэм. До этого бард никогда в жизни не пробовала этого изысканного напитка и думала, что он будет приторным, как вино, которое предпочитали Кьюра и Родерик. Ром оказался удивительно приятным, с нотками ванили, меда и терпким бочковым привкусом.
«Да, – второй раз за два дня подумала Тэм, – я действительно втянулась в компанию».
– Короче, купец починил корабль, превратил его в летучий гарем и обозвал дурацким именем типа «Золотой дворец» или как-то так. Загрузил в трюмы выпивку, набрал одалисок, прихватил пару охранников и отправился в полет.
Тэм допила ром – четвертую или пятую порцию – и вернула кружку Брюну.
– А ты, конечно же, тайком пробрался на корабль.
Капитан пригладил усы:
– Не совсем тайком. Я подкупил охранников, переоделся одалиской и разгуливал по палубе вместе со всеми. Подговорил их устроить бунт. Мы связали купца и оставили его в какой-то глухой деревне, а сами отправились путешествовать по всему Грандуалю. Ясное дело, поделили деньги поровну, а потом я развез девчонок по домам.
Брюн одним глотком опустошил кружку, снова наполнил ее ромом и вручил Розе.
– Здорово, – сказал шаман.
– Ага, – грустно улыбнулся Доши. – Я в одну влюбился по уши, вот прямо сиганул бы за борт, если б она попросила. Ну, может быть. Ах, милая Анни! Глаза – как черный жемчуг, волосы – как сатрийский шелк, а ругалась не хуже матроса, которому ногу отдавили. Вот у нее я и украл корабль в третий раз, но это уже совсем другая история.
Вольное Облако задумчиво посмотрел в кружку, но пить не стал.
– Значит, сейчас ты работаешь на Руанготскую вдову? – спросил он.
– Пока еще работаю, – уточнил капитан. – Меня на юге кое-кто невзлюбил. А вдова платит хорошо, не задает лишних вопросов, ну и я тоже особо не любопытствую. Своего рода брак по расчету – хотя взять в жены эту фригидную ведьму может только безмозглый гремлин.
– А, она дала тебе от ворот поворот, – ухмыльнулась Кьюра.
