Старбак выругался и поднял глаза к затянутому облаками небу. Желтоногие получили свое прозвище и потеряли репутацию за неделю весенних сражений, когда Ли в конце концов отогнал от Ричмонда армию северян под командованием Макклелана. Джексон привел своих людей на помощь из долины Шенандоа, и среди них был Шестьдесят шестой виргинский полк, только что собранный и отправленный на первое сражение близ холма Малверн. Они побежали, не от ожесточенной схватки, а просто от первых же разорвавшихся рядом снарядов. Прозвище Желтоногие отражало цвет их штанов, после того как они обмочились от страха.
— Обоссались все разом, — сообщил Траслоу Старбаку, услышав эту историю, — прям новое болото напрудили.
Позже было решено, что полк собрали слишком наспех, слишком мало обучали и слишком плохо им командовали, так что их винтовки передали тем, кто имел желание сражаться, а полк отправили на переподготовку.
— Так кто такой полковник Холборроу? — спросил Свинерд Мейтленда.
— Он занимается обучением штрафных батальонов, — беззаботно ответил Мейтленд. — Разве на прошлой неделе один из них здесь не сражался?
— Чёрт, ну да, — подтвердил Старбак. — И чертовски плохо.
Штрафной батальон, принимавший участие в сражении на прошлой неделе, был сборищем уклоняющихся от своих обязанностей и отставших на марше солдат, и он не продержался и нескольких минут.
— Чёрт! — повторил Старбак. Теперь, похоже, Шестьдесят шестой виргинский переименовали в штрафной батальон, а значит, их боевой дух был не выше, чем когда они заслужили свое прозвище, учитывая поведение Первого штрафного батальона, и выучка вряд ли лучше.
Люцифер поставил две кружки с кофе на импровизированный стол и, поглядев на расстроенную физиономию Старбака, отошел подальше, чтобы трое офицеров не решили, будто он подслушивает.
— Это безумие! — с новыми силами запротестовал Свинерд. — Кто отправил этот приказ?
— Военный департамент, конечно, — ответил Мейтленд.
— А кто именно из Военного департамента? — напирал Свинерд.
— Разве вы не можете прочитать его подпись, полковник?
Имя под приказом ни о чем не говорило ни Старбаку, ни Свинерду, но Гриффину Свинерду пришло в голову подозрение, откуда могут исходить эти бумаги.
— А генерал Фалконер служит в Военном департаменте? — спросил он Мейтленда.
Тот вытащил изо рта сигару, сплюнул кусочек табачного листа, оставшийся на губах, и пожал плечами, словно вопрос был неуместным.
— Генерал Фалконер — заместитель военного министра, — ответил он. — Нельзя же оставить достойного человека без дела только от того, что его невзлюбил Том Джексон.
— И генерал Фалконер назначил вас командовать Легионом, — предположил Свинерд.
— Полагаю, генерал замолвил за меня словечко, — признался Мейтленд. — Легион — виргинский полк, полковник, так что генерал рассудил, что и командовать им должен выходец из Виргинии. И вот я здесь, — улыбнулся он Свинерду.
— Вот сукин сын, — сказал Старбак. — Фалконер. Мне следовало догадаться.
Генерал Вашингтон Фалконер являлся основателем Легиона и командиром бригады, пока Джексон не сместил его за некомпетентность. Фалконер покинул армию в убеждении, что ответственность за его бесчестье несли Старбак и Свинерд, но вместо того, чтобы удалиться в свое сельское имение и бередить раны, он отправился в Ричмонд и использовал свои связи и состояние, чтобы получить пост в правительстве. Теперь, находясь в безопасности в столице Конфедерации, Фалконер решил отомстить тем двоим, которых считал своими злейшими врагами. Свинерду он отправил человека одного с ним звания, который, без сомнения будет постоянным источником раздражения, а карьеру Старбака Фалконер попытался разрушить полностью.
— Без сомнения, он и от меня хотел бы отделаться, — заметил Свинерд. Он отвел Старбака подальше от палатки и расхаживал вместе с ним взад-вперед, чтобы их не услышал Мейтленд. — Но Фалконер знает, кто такой мой кузен.
Кузен Свинерда был издателем «Ричмонского наблюдателя», самой влиятельной из пяти ежедневных газет столицы Конфедерации, и эти родственные связи, очевидно, сдержали Фалконера от попытки отомстить Свинерду, но Старбак был более простой добычей.
— Но есть кое-что еще, Нат, — продолжал полковник, — еще одна причина, по которой Мейтленду досталась ваша работа.
— Потому что он виргинец, — с горечью произнес Старбак.
Свинерд покачал головой.
— Мейтленд ведь пожал вам руку, так?
— Да. Ну и что?
— Он хотел понять, масон ли вы, Нат. А вы им не являетесь.
— Какая, к чёрту, разница?
— Большая, — отрезал Свинерд. — В нашей армии полно масонов, как и в армии янки, а масоны приглядывают друг за другом. Фалконер — масон, как Мейтленд, да и я тоже, если на то пошло. Масоны неплохо мне послужили, Нат, но что они сделали для вас! Желтоногие! — полковник затряс головой от подобной жуткой перспективы.
— Больше я ни для чего не гожусь, полковник, — согласился Старбак.
— А это что еще означает?
Старбак поколебался, стесняясь признаться, но ему нужно было рассказать кому-нибудь о своих страхах.
