Сразу же серебряные клинки со свистом рассекли воздух, обрушившись на крылья и тела этих тварей.
Полилась черная кровь.
Извивающиеся и кувыркающиеся в воздухе мохнатые тела с визгом валились на землю. Одной из летучих мышей, в отличие от своих мертвых собратьев, удалось пробиться через строй защитников с серебряным оружием. Ослепленная лучом света, она врезалась со всего лету в стену позади них, свалилась на пол и сразу же повернулась кругом. Свет слепил их и сбивал с пути, но их слух работал вовсю.
Мышь с шипением кинулась на Джордана, и он снова закрыл собой Эрин.
Она была размером с крупную кошку; размах крыльев у нее был широкий — до двух метров. Она бросилась на него, вцепилась ему в левую ногу и стала взбираться по ней, помогая себе жесткими крыльями. В глазах этой мыши словно горел красный огонь, ее острые, как иголки, зубы сверкали при свете фонарика. Пронзительный злобный визг, вырывавшийся из широко разинутой пасти, должен был напугать человека.
Джордан, размахнувшись своим ножом, полоснул им по горлу мыши. Кровь хлынула из раны, но мышь продолжала висеть на нем и заставила его отступить на шаг назад. Он понял, что необходимо отрубать мышам головы одним ударом. А сейчас покрытые кожей крылья все еще пытались обхватить его. Когти впивались ему в тело, но прочная кожа плаща защищала Стоуна.
Наконец тварь подохла и упала на пол.
Джордан, освободившись и повернувшись вперед, услышал адский шум хлопающих крыльев, который, словно черный прилив, накатывался отовсюду, разбиваясь об оборонительный строй триады. Каждый из сангвинистов повернулся лицом к одному из туннелей.
В центре их строя стояла Эрин, на лице которой застыло выражение ужаса.
Джордан протолкнулся к ней, готовый защищать ее так же активно, как и триада.
Мыши, словно скопление теней, теперь кружились над ними, сталкиваясь в воздухе крыльями, обнажив когти и сверкая глазами. Вся орава на какой-то момент отлетела назад, возможно привлеченная запахом крови своих отвратительных поверженных собратьев и их предсмертными криками.
Но даже и сейчас их пронзительные вопли действовали на Джордана, как зубная боль. Он старался найти какое-либо отделившееся от стаи животное, но они слишком быстро метались в воздухе взад-вперед.
Эрин направила луч своего фонаря вверх. Мыши, шарахаясь от луча, разлетались по сторонам, будто свет жалил их — возможно, он действовал на них по-особому, пугая или причиняя боль.
— Веспер тилионидае, — прошептала она, словно это слово могло послужить заклинанием, — летучие мыши Веспера. Единственное, что мне не доводилось видеть, так это их зубы такого размера…
— А как ты…
— Я много работала в пещерах, — объяснила она.
Луч ее фонаря метался по туннелю, и всякий раз, стоило ему попасть в глаза летучих мышей, животные мгновенно отлетали прочь.
— Обычные летучие мыши никогда не были такими агрессивными, как эти.
Джордан включил фонарь, закрепленный на стволе его пистолета-пулемета, его луч, направленный в гущу летучих мышей, тоже разогнал их в стороны.
— Все потому, что ты работала среди нормальных мышей, а не этих чертовых бестий с отравленной кровью.
— Посмотри, они постоянно перегруппировываются. — Эрин хоть и говорила сейчас бесстрастным языком ученого, но ее голос звучал как минимум на октаву выше, чем обычно. — Они, похоже, привыкают к свету.
— Пусть попробуют приблизиться. — Надия, сняв с себя серебряный пояс, накрутила один его конец на руку, прикрытую кожаной перчаткой, после чего расправила все его кольца, как бусины на четках. — Ожидание будоражит мне нервы.
— Терпение, — не оборачиваясь, произнес Рун. — Давай лучше пройдем немного вперед и поищем дверь, надо где-нибудь укрыться. А они, кажется, раздумали нападать.
— Если ты сможешь, — попросила Эрин, — посмотри повнимательнее на левую сторону прохода, может быть, как раз на ней и находится дверь, которая, может быть, и выведет нас в центр ромба Одал.
Даже сжавшись в комок под своим прочным кожаным плащом, когда ее в любую секунду могла настичь смерть от этих визжащих чудовищ, она не переставала думать о деле. Эрин и в эти минуты была занята поисками сокровища, спрятанного в бункере.
Эммануил сделал шаг вперед, одна его рука была поднята и сжимала блестевший под лучом фонаря кинжал. Надия сбалансированной походкой, грациозно, как балерина, выступала вслед за ним.
Все вместе, впятером, они медленно двинулись вперед по туннелю, не спуская глаз с кружившего над ними плотного облака летучих мышей.
Джордану не терпелось опробовать на них свой пистолет-пулемет, но он понимал, насколько опасны пули, рикошетом отлетающие от стен, да и провоцировать летучих мышей было ни к чему. К тому же он вспомнил, как Надия еще раньше предупредила его о том, что пулей их не убить. Лучше всего для них — это достичь…
Не издав ни звука, мыши кинулись вниз.
Они и сейчас, не обращая никакого внимания на сангвинистов, пикировали на пару в центре триады.
Их целью было лицо Эрин. И лицо Джордана.
