Джордан пока отвечал неприятелю силой своих мускулов. Взмахнув своим пистолетом-пулеметом, он ударил по лезвию сабли, отведя его от шеи Леопольда, однако оно все-таки чиркнуло острым концом по плечу молодого сангвиниста.
Глаза ученого округлились.
Взбешенный стригой повернулся к Джордану. Он был огромным, чернокожим и сплошь покрытым татуировкой, с носа и с ушей у него свешивались кольца. Джордан вспомнил, что этого типа он заметил еще в Германии среди головорезов Батории. По его мнению, тот был кем-то вроде лейтенанта среди велиалов, а значит, он наверняка принимал участие в организации нападения на команду Джордана в Масаде.
Улыбка, похожая на звериный оскал.
– Леопольд, отойди назад, – предостерег ученого Джордан, готовясь к схватке с этим бандитом, который продолжал улыбаться.
Глаза молодого монаха сделались огромными, когда он посмотрел на Джордана, вернее,
Взглянув на отражение в стеклах очков Леопольда, Джордан заметил движение за своей спиной. Он увернулся, и в его руке мгновенно очутился нож «Боуи».
Какой-то гигант – скелетная копия громадного лейтенанта стригоев – набросился на него, его распяленные во всю ширь широченные челюсти были нацелены на горло Джордана.
Не прекращая уворачиваться и отпрыгивать в сторону, Стоун изловчился сунуть посеребренное лезвие своего ножа между этими щелкающими челюстями и по самую рукоятку всадить его в горло громадного стригоя.
Обезумевший от боли монстр завопил, подпрыгнул в воздух, словно чертик из табакерки, стараясь при этом изо всех сил вырвать рукоятку ножа из пальцев Джордана. Подпрыгнул он высоко, и еще до его падения на землю из его рта и из отверстия в затылке, в которое вышел нож, вырвались клубы дыма и потоки кипящей крови.
Его уже мертвое тело с грохотом упало на камни.
Злобный вопль раздался позади:
– Рафик!
Взгляд диких, полных печали глаз застыл на Джордане.
– Что, разволновался, верно? – прорычал Джордан. – Потерял любимое существо?
Стригой бросился на Джордана, он летел по воздуху, а его плащ развевался, как крылья икаропса размером с человека.
Джордан, припав на колено, навел на него свой пистолет-пулемет и выпустил очередь, кромсая грудь этого монстра пулями из чистого серебра.
– Это тебе за моих ребят.
Лейтенант-стригой рухнул на камни, тело его дымилось. Но он был еще жив и в агонии пытался ползти к поверженному ножом Рафику.
Леопольд подхватил брошенный этим монстром меч – тот самый, которым стригой намеревался убить его, – и бросился к врагу, цеплявшемуся из последних сил за жизнь.
А тот почти уже достиг цели, он вытянул вперед свою окровавленную руку, пальцы тянулись к существу, которого он называл Рафик, желая в последний раз прикоснуться к нему.
Не чувствуя жалости к этому умирающему монстру, Леопольд со всей силы стал наносить подобранным мечом удары по телу, распластанному на каменном полу.
Голова стригоя отлетела от тела, а его протянутая рука безвольно шлепнулась на пол. Отсеченные пальцы упали рядом, а два оставшихся на руке пальца обречены были на вечное расставание со своими отрубленными собратьями.
Леопольд отвернулся от поверженного стригоя и, посмотрев вокруг, смущенно спросил:
– А куда делись все остальные?
Джордан, повернувшись вокруг, с удивлением смотрел на место, где всего полминуты назад была Эрин.
Ее не было.
И Руна тоже.
Эрин увернулась от направленного прямо на нее стригойского меча.
Рядом с ней был Рун. Он рывком почти сбил ее с ног и прикрыл своим телом. Одним прыжком он настиг стригоя и, полоснув клинком по горлу, отбросил прочь, как щенка.
Осмотревшись вокруг, Эрин поняла, что они вдруг оказались одни в том самом туннеле, в котором скрылась Батория. Она посмотрела назад. Там в помещении основного некрополя вниз по колоннам спускались сангвинисты, спеша на помощь своим собратьям, ведущим подземное сражение.
– При первой же возможности возвращайтесь к Джордану, – сурово приказал Рун тоном, не допускающим возражений. – Я догоню Баторию.
Взмах сутаны – и он скрылся в черном туннеле.
Выбора у Эрин не оставалось, и она стала наблюдать за тем, что происходит на поле боя, откуда доносились истошные крики и запах крови. Пристальным взглядом она рассматривала происходящую там резню, пока наконец не увидела Джордана. Он стоял, прислонившись спиной к одному из металлических цоколей, ведя огонь по другому туннелю, откуда потоком изливались стригои.
Там царил такой хаос, словно вдруг ожили полотна Босха, изображающие сцены в аду.
Эрин никогда не смогла бы пройти через весь этот ужас. Если бы ей даже удалось миновать стригоев, ее мог бы свалить огонь своих. Она повернула обратно в сторону пустого туннеля, в котором скрылся Рун. Там, как ей казалось, было безопаснее всего.
