Талос потянулся к герметическим креплениям воротника и под шипение декомпрессирующегося воздуха стянул шлем с головы. В коридоре разило трупами и машинным маслом, с легким привкусом серы. Черные глаза Пророка смерили каждого из Корсаров.
— Я понимаю, что ваша гордость пострадала, — сказал он. — Мы были крайне неблагодарными гостями, когда явились сюда в последний раз. Но ваш повелитель уже заявил о своих намерениях, выделив нам сопровождение до дока. Он хочет нас видеть. Так что мы можем обойтись без гордых поз, и никто на этот раз не умрет. Мы пройдем мимо вас — или мы пройдем через вас.
Корсары, все как один, вскинули к плечам оружие. Рукояти болтеров стукнули о броню наплечников. Первый Коготь не остался в долгу — цепные лезвия взревели, и пистолеты согласно вздернулись вверх. Талос держал болтер Малкариона в одной руке, целясь в наличник командира Корсаров.
Кирион хмыкнул в воксе:
— Еще один теплый прием.
— Опустите оружие, — потребовал Корсар.
— Привратник, — предостерег его Талос, — нам обоим это ни к чему.
—
— Талос, — приветственно прозвучал новый голос.
Сквозь ряды Корсаров протиснулся другой воин в броне павшего ордена. Собравшиеся у люка кивали брату, но тот не спешил с ответным кивком.
Корсар встал между двумя отрядами, перекрыв обоим линию огня. Талос немедленно опустил болтер. Ксарл, Меркуций и Узас, поколебавшись, сделали то же самое.
— Брат, — сказал Корсар и протянул руку Пророку.
Их доспехи лязгнули — оба Астартес на секунду сжали запястья друг друга в воинском приветствии, пришедшем из незапамятных времен.
— Рад видеть тебя, — сказал Пророк. — Я надеялся, что ты будешь здесь.
Корсар покачал головой.
— А я наделся, что тебя здесь не будет. Ты, как всегда, выбрал самое неподходящее время, Талос.
Он обернулся к стоявшим у него за спиной воинам.
— Пропустите их.
Корсары, отсалютовав, подчинились приказу. Их командир мрачно проворчал:
— Как скажешь, Живодер.
— Идемте. — Вариил обвел холодным взглядом воинов Первого Когтя. — Я отведу вас к лорду Гурону.
— Вы отправитесь с нами на Вилам.
«Я знал, что все идет слишком хорошо», — передал Кирион по закрытому каналу.
Талос не ответил.
— Такова цена моей помощи, — добавил сидящий на троне. — Когда мы осадим Вилам, вы пойдете в авангарде.
Тронный зал лорда Гурона в Зрачке Бездны был чужд всякой умеренности. Комнату военного совета переделали в королевские покои, в комплекте с тронным возвышением и целыми рядами боевых знамен крестового похода, свисавших с потолка. Вдоль стен выстроились телохранители, просители и лизоблюды всех мастей: смертные, Астартес-отступники и существа, совершенно неопознаваемые из-за мутаций, приобретенных за годы верного служения Хаосу. На палубе гордо красовались разнообразные пятна — кровь, гарь и слизь в равной пропорции, — а в воздухе висел запах серы, проникший туда вместе с дыханием собравшихся воинов.
Все это только усиливало болезненную пульсацию в голове Пророка.
— Ничто, — тихо сказал Меркуций по вокс-линку, — так не воняет, как логово Красных Корсаров.
Талос, вступив на станцию, снова надел шлем.
— Нам придется согласиться с его требованиями. Если мы откажемся, Гурон не выпустит нас живыми.
— Он предлагает нам совершить самоубийство, — заметил Кирион. — Это ясно как дважды два.
— Надо посоветоваться с Вознесенным, — отозвался Меркуций.
— Да, — Ксарл ухмыльнулся под маской наличника, — как же без этого? Просто соглашайся, Талос. Вонь уже начала просачиваться сквозь мой доспех.
— Итак? — спросил сидящий на троне.
На изуродованном лице лорда Гурона читался насмешливый интерес. Тиран был не из тех, кто прячет свои эмоции, и то, что осталось от его человеческих черт, кривилось в снисходительной усмешке. Он знал, что одержал верх, еще до того, как остатки Восьмого легиона явились вымаливать его покровительство, и без всяких колебаний демонстрировал свое торжество. Но даже это чудовищное ликование не казалось мелочным. Он выглядел так, словно поделился с Первым Когтем веселой шуткой.
Талос поднялся с колен. Первый Коготь у него за спиной повторил движение вожака. Вариил стоял в стороне, старательно изображая беспросветную скуку.
— Хорошо, лорд Гурон, — сказал Талос. — Мы принимаем ваши условия. Когда мы выступаем?
Гурон откинулся на спинку костяного трона — ни дать не взять, варварский царек древности.
— Как только бригады моих рабочих воскресят ваш «Завет крови». Через месяц, возможно меньше. Вы предоставите нам материалы?
Талос кивнул.
— Набег на Ганг был вполне плодотворным, милорд.
— Да, но вы сбежали от Странствующих Десантников. Если бы не они, все прошло бы куда плодотворнее, не так ли?
— Это правда, господин.
Глядя на вождя Корсаров, Пророк искренне желал, чтобы его непринужденные манеры не были столь обезоруживающими. От изувеченной фигуры тирана Бадаба исходила странная, почти пугающая харизма.
— Я видел, как «Завет» вошел в порт, — сказал Гурон. — Как вы ухитрились превратить такой грандиозный корабль в развалину — это, я полагаю, целая история.
