Медленно разлепив тяжелые веки, Кара издала хриплый приглушенный стон. Тело ощущалось мешком, набитым камнями. С трудом сфокусировав зрение, девушка окинула комнату мутным взглядом, пытаясь понять, где находится. Знакомый потолок. Знакомый интерьер. Знакомая кровать, на которой она лежала. Все вокруг – знакомое, но теперь какое-то иное. Пока сознание соединяло две части себя, Кара подняла левую ладонь к лицу, чувствуя тупую ноющую боль. Кожа оказалась ровная и гладкая. Ни следа недавнего ранения. Как не обнаружилось и язв, что покрыли тело перед тем, как она отключилась.
А почему она отключилась?
Девушка прикрыла лицо рукой, силясь восстановить цепочку последних событий. После возвращения силы кисть, казалось, весит как все ее тело.
После возвращения силы?
Широко распахнув глаза, Кара резко села в кровати, но тут же согнулась в приступе тошноты. Внутренности, потрясенные неосторожными движениями, дружно решили покинуть ее.
Придерживаясь за прикроватную тумбу, Кара сползла с кровати. Лишь одно сейчас волновало ее больше, чем собственное состояние.
Неслушающиеся ноги запутались в длинной белой сорочке, качнув девушку в сторону. Впившийся в бедро угол стоящего у самой двери комода отозвался болезненным прострелом. Лежавшие сверху предметы загремели, со звоном раскатываясь по полу.
В холле второго этажа стояла гробовая тишина. Слуг не наблюдалось. В покоях Изара оказалось пусто. Цепляясь руками за перила, на ватных ногах Кара спустилась на первый этаж, остановившись на середине лестницы лишь за тем, чтобы еще раз прочистить желудок. Организм был потрясен произошедшими в нем изменениями и пока что не желал привыкать и сотрудничать.
Нижний холл, такой же безлюдный, как и весь дом, полнился лишь звуком босых ступней о гладкий холодный паркет.
Приступ головокружения застал девушку на середине пути в обеденный зал. Она на краткий миг прижалась плечом к стене, упрямо выравнивая кружащееся пространство перед глазами, и двинулась дальше. Ей нужно было знать. Сейчас же выяснить. Немедленно.
Сердце заколотилось, когда из-за закрытых дверей послышались приглушенные голоса. Кара буквально ввалилась в столовую, повиснув на дверном полотне и окидывая помещение диким смятенным взглядом.
Всеобщее ошеломление смешалось с ее собственным, яростным и тревожным.
– Кара! – Изар спрыгнул с подоконника, на котором сидел.
Вилейн вскочила из-за стола, но под потерянным взглядом дочери подойти не посмела, так и оставшись стоять на месте.
Нила, собиравшаяся проветрить помещение, замерла у оконной створки. Глаза ее взволнованно заблестели.
Борясь с головокружением, без единой мысли в голове, Кара торопливо переводила взгляд с одного на другого в поисках того, терзания о ком подняли ее из магической комы раньше положенного, раньше, чем она смогла полностью восстановиться.
Лэйрьен оттолкнулся от стены и расцепил скрещенные на груди руки. Его жгучий встревоженный взгляд принес ей облегчение.
Живой. Он живой. Все они живы.
Кара тут же расслабилась, перестав сопротивляться желанию прилечь на пол и позволяя хвори снова захватить ее.
Директор вмиг оказался возле нее и крепко прижал к себе, помогая устоять на ногах. Вместе с телом, девушка отпустила и психику, уже не выдерживающую бесконечного, не прекращающегося наплыва тяжелых эмоций. И завыла как ребенок. Как маленькая она на кровавом пляже. Руки дрожали, вспоминая, как вонзили кинжал в грудь дорогого сердцу мужчины. Лэй гладил ее по волосам, уверяя что все хорошо, что все позади, но она не реагировала, пока не выплакала все, что накопилось за время ее продолжительных переживаний. Окружающие тактично хранили безмолвие, выжидая, когда кризис момента сойдет на нет.
Когда от плача девушки остались одни только тихие всхлипы, Вилейн осторожно двинулась к ней, желая проявить родительское участие.
– Дорогая… – женщина протянула руку, собираясь дотронуться до плеча дочери.
Кара отпрянула от мужской груди и развернулась, со всей силы впечатывая матери пощечину. Сила, отзываясь на бессознательный призыв и стремясь наказать виновницу ее гнева, оставила на коже женщины глубокую рытвину. Радужка девушки на краткий миг вспыхнула алым и тут же погасла.
Вилейн отшатнулась, зажимая ладонью рваный порез. Хлынувшая кровь потекла багряной дорожкой вниз по шее и руке, пачкая дорогую полупрозрачную ткань белоснежной блузки.
– Ты это заслужила! – сгоряча бросила дочь, нисколько не переживая по поводу того, что причинила боль, пусть и нечаянно.
На древнем все заживет. Само. Через какое-то время. А собственноручно залечить сотворенное она и не подумает. Ведь мать так ненавидела это ее проявление. Так пусть обходится без него.
Изар нахмурился, подозревая между ними конфликт, о котором он не в курсе. А на лице Нилен, напротив, проскользнула довольная, едва заметная, улыбка – Кара нашла в себе силы противостоять матери. И Вилейн, наконец, получила ощутимый отпор.
Лэй подхватил пошатнувшуюся девушку, вновь прижимая к себе, теперь уже спиной. Кара опустила ладони на его предплечья, бережно обвившие ее талию, и измученно прикрыла глаза.