– Папуля, не кипятись. Видишь ли… в ночь, когда я собиралась это организовать, он сорвался разбираться с проблемами своей племянницы.
Девушка шагнула в укрытие за дерево и прислонилась спиной к шершавому стволу.
– Да, у них серьезные проблемы с Гистинами. Не важно. Я… да, я все сделаю, не переживай. Он подпишет, обещаю тебе. Да. Да, я очень аккуратна. Мне пора бежать. Целую, – Реджина замолчала и опять вздохнула. – Вот черт!
Шуршание травы, а затем отдаляющее цоканье каблуков известило о том, что замдиректора покинула свое тайное убежище, оставив студентку в одиночестве.
Случайно подслушанная информация окончательно добила эмоциональное состояние за сегодняшний день. Сразу два возмутительных факта боролись за ее внимание. Реджина задумала какую-то подлость. И она в отношениях с дядей.
Сообрази она раньше – могла бы записать доказательства на диктофон. Но увы, теперь они остались лишь в голове. И конечно, директор не поверит, если она прямо расскажет об этом.
Девушка опустилась на корточки, вытаскивая из сумки «Бренный дух».
Прислонившись спиной к дереву, Ноэль блаженно прикрыл глаза, ощущая на лице прохладный ветерок и раздражающий пластырь с полщеки.
– Сегодня на улице весьма недурно. Не удивительно, что все высыпали проветриться, – отметил он.
– Соглашусь, – тихо отозвалась Нила по другую сторону ствола.
– Коннел! – раздраженный голос Дрейка Гистина разрезал пространство неподалеку.
Юноша приоткрыл один глаз, следя за его приближением. Нилу с обратной стороны дерева президент не заметил.
– Чем обязан? – Ноэль сухо улыбнулся и поерзал спиной, пристраиваясь к опоре поудобнее.
– Решил тебя предупредить. Если вы с отцом не прекратите третировать мою инициативу – тебя я тоже включу в жалобу. Как человека, незаконно принятого на второй курс.
– Ой, как страшно-то, – Ноэль прикрыл хитрый глаз и откинул голову назад, не двузначно намекая, что разговор окончен.
Ничего не возразив, президент зашипел и унесся в сторону академии, видимо, поспешив воплотить свою угрозу в реальность.
– Прикажете его убить?
– Нет.
– Одно ваше слово – и он труп.
– Нилен. Успокойся. Он единственный нормальный человек в этом змеином гнезде. Немного бесячий, но хотя бы искренний.
– Единственный?
– Белоснежка не в счет. А вот, кстати, и она. Принцесса! – юноша окликнул бредущую по тропинке Кару, бездумно разглядывающую плитку под ногами, и помахал ей рукой.
Девушка остановилась, мгновение поколебалась и направилась к ребятам.
– Что за хмурый взгляд? – протянул Ноэль.
– Трудные лекции, – отмахнулась Кара.
– А это что? – спросил он, заметив небольшую потрепанную книгу.
Кара тут же подорвалась убрать ее в сумку, но юноша извернулся и ловко выхватил заветный том из ее пальцев.
– Вряд ли тебе будет интересно. Философские труды Орнела Дарси, – раздраженно сказала она, забирая книгу назад.
Юноша фыркнул и поморщился.
– Ты права. Бессмысленная рефлексия незнакомца меня совершенно не интересует.
Девушка тяжело вздохнула, будто другого ответа и не ожидала.
– В пятницу отец устраивает прием. Приглашены всякие важные шишки, – Ноэль сменил тему и хитро на нее зыркнул. – Директор тоже. Можешь присоединиться к нему, если хочешь.
Кара сдержанно улыбнулась.
– Спасибо за приглашение. Но если бы я была там нужна – он бы сам мне об этом сказал. Не хочу ввязываться в политику, пока ничего в ней не смыслю, – вежливо отказалась девушка и махнув рукой, направилась дальше по тропинке.
– Я и не думала, что у нее такой отменный литературный вкус, – заметила Нила.
– Думаешь, совпадение?
– Почти уверена, что нет.
– Что-то давно не видно в твоих руках его книг, только комиксы, – укоризненно произнес Ноэль.
– Я могу процитировать наизусть любую из его книг. Для это мне не нужно их с собой носить, – безэмоционально отозвалась девушка.
Ноэль усмехнулся.
– Пожалуйста, избавь меня от этого. Вы обе придаете слишком большое значение мыслям старого маразматика.
***
Как оказалось, хранить чью-то подлую тайну не так уж и просто, особенно если она касается твоего родственника, а еще точнее – мужчины, который тебе небезразличен. Однако, что именно за тайна – Кара до сих пор так и не выяснила. Но сомнений в том, что это что-то может навредить директору и академии – не возникало.