Мир Алиона охвачен беспощадной войной. Все сражаются против всех, даже боги не остались в стороне, как и их восставшие из небытия древние противники. Полем брани стали джунгли, море, степи и города, и даже на границе мира кипит безжалостная схватка.Через охваченные безумием земли путешествует Олен Рендалл, наследник трона павшей империи. Его ведет жажда мести, а путь лежит туда, где находится самый могучий маг Алиона…А в небесах расправляет крылья жуткий, кровавый рассвет…
Первый шаг на пути к победе – внезапность. Если сумеешь замутить замыслы свои и понять замыслы противника, то ты уже победил. Делай то, что он не ожидает, и заставь его делать то, что ожидаешь ты. Но для этого нужно изучить своего врага лучше, чем себя.
Саттия тар-Ролан подняла веки и с отвращением обнаружила, что она по-прежнему находится на Теносе.
Дымил костерок, сидевший около него чернобородый гном помешивал в котелке, напевая себе под нос неприличную песню о пьяном зайце. Потрескивали дрова, свистели в кронах птицы, лучи солнца пробивались сквозь листву.
Вставать не хотелось, так что Саттия прикрыла глаза и принялась вспоминать прошлое. Как десять месяцев назад она, уроженка Ланийской марки, альтаро на четверть, отправилась в путешествие к храмовому городу младших эльфов. Как на границе Вечного леса встретила перепуганного юношу с мечом, чье лезвие выглядело так, словно его вырезали изо льда.
Непонятно зачем вмешалась в схватку юноши с дозорными и угодила в странную историю…
Сначала они пытались разобраться в происходящем, понять, почему за Оленом Рендаллом гоняются воины Харугота Безарионского и откуда у него, простого селянина, умение обращаться с мечом. В дороге познакомились с Бенешем, учеником мага, чьего наставника погубил Харугот…
Дорога привела их в Безарион, где открылась правда. Олен оказался последним отпрыском императорского рода, и узурпатор Харугот стремился уничтожить его, чтобы уверенно чувствовать себя на троне.
Но даже ледяной клинок не смог причинить вред новому хозяину Золотой империи, и Олен вынужден был отступить. Они втроем отправились за Сердцем Пламени, могущественным артефактом, принесенным в Алион Безарием Основателем, когда люди только появились в этом мире.
Их спутником стал странствующий гном по имени Гундихар фа-Горин, а путь привел далеко на юг, сначала – в Терсалим, потом и вовсе в Великую степь, населенную орочьими племенами. Но даже в эти земли добрались посланцы Харугота, многие годы посвятившего изучению запретного чародейства…
Пришлось отправляться туда, где лежал источник его силы – на остров Тенос, к древним храмам Предвечной Тьмы. Их удалось сокрушить, но в тот день пропал Олен, а трое его спутников оказались единственными жителями Теноса. Все, кто населял остров ранее, бежали, когда храмы еще только проснулись.
– Хватит валяться, ха-ха, – с ехидством проговорил Гундихар. – Я вижу, что ты не спишь. Вставай!
– Больно уж неохота, – проговорила Саттия, опять поднимая веки. – Ради чего? Чтобы опять все то же самое?
Одно утро на острове было невозможно отличить от другого. Девушка открывала глаза под тихий рокот набегавших на берег волн и обнаруживала, что солнце слегка высунулось из-за горизонта. И все чаще и чаще ей хотелось вернуться обратно в мягкую тьму сновидений, туда, где она могла повидать Олена, встретиться с родителями и даже возвратиться туда, где родилась и выросла.
На Теносе Саттия в компании Бенеша и Гундихара провела более двух месяцев, и пустынный остров надоел ей настолько, что все вокруг стало вызывать раздражение. Навес, построенный гномом из найденных в брошенном городе досок, джунгли, жарища, зудящие насекомые, шумящее море…
И сами товарищи по несчастью тоже нервировали девушку. Хотя она старалась сдерживаться, раздражение иногда вырывалось наружу. Она срывалась, а потом корила себя за несдержанность, говорила сама себе, что деться им друг от друга некуда и что остальным не легче, чем ей.
Помогало это слабо.
– Что «то же самое»? – вытаращил глаза гном. – Пиво вот всякий раз тоже особо не меняется, а пьешь с удовольствием. И в потасовке знаешь, что выйдет, а все равно лезешь, клянусь коленными чашечками прадеда. Так что хватит выдумывать, вставай. Будем завтракать, а потом за дела…
Гундихар фа-Горин, блудный уроженец Льдистых гор, оставался точно таким же, как и в Терсалиме, и в орочьей степи, и во время странствия через Мероэ. Он рассказывал байки, более бородатые, чем он сам, смеялся над ними, готовил еду, ловил рыбу, мастерил разные полезные в хозяйстве вещи и совершенно не собирался унывать.
Потому что не умел этого делать.
– Сложно с тобой спорить, – буркнула Саттия и потянулась к сумочке, в которой хранила гребень и зеркальце. – Что с Бенешем?
– Он вроде бы в порядке. – Гундихар ухмыльнулся, показав крупные и крепкие, почти лошадиные зубы. – Храпел, словно пьяный матрос, а значит – просто спит. Как начнем будить – узнаем точно.
С Бенешем, учеником мага из Гюнхена, в последнее время происходили необычные вещи.
