Получить списки членов обоих клубов натуралистов оказалось сравнительно легко. Вики просто показала президенту каждого клуба свое удостоверение и объяснила, что ее наняли, чтобы найти дальнего родственника очень богатого человека.
– Мне сказали только, что нужная особа когда-то жила в пригороде Лондона и любила наблюдать за птицами. Если я найду этого человека, он получит большие деньги.
– Но вы ищете мужчину или женщину?
– Я не знаю, – раздраженно ответила Вики. – Старик уже плохо соображает и смог припомнить только примерное место жительства и птиц. Ах да, он обронил еще что-то о том, что его родственник метко стреляет.
Ни один из президентов не попался на удочку. Если убийца был одним из птицеловов, он (или она) не упоминали о своем интересе к огнестрельному оружию руководителю клуба.
– А у вас самих нет троюродного брата по имени Энтони Кармалетти?
Вики скрестила пальцы, задав этот вопрос. Если бы один из руководителей и вправду имел троюродного брата по имени Энтони Кармалетти, ее история о богатом умирающем родственнике с треском бы провалилась. Она получила одно категорическое «нет» с двадцатиминутной лекцией по генеалогии и одно «Я спрошу у мамы, есть ли у нас такие родственники. Вы можете перезвонить завтра?» от восьмидесятилетнего старика. И ей вручили списки членов обоих клубов.
«А Селуччи говорит, что я никудышная лгунья. Ха».
– Куда теперь? – спросила Роза, возвращаясь в машину после второй остановки.
– Теперь мне нужен список членов фотоклуба, но я сомневаюсь, что Ассоциация молодых христиан просто возьмет и вручит мне его. И мне нужен список зарегистрированного огнестрельного оружия, который получить будет немного легче… – Копы, как правило, не отказывают в услугах своим коллегам, даже бывшим. – Но в данный момент мне нужно поговорить с доктором Диксоном.
Если верить первому впечатлению, доктор Диксон никак не мог быть убийцей. Этот хрупкий старик не добрался бы до дерева, не говоря уже о том, чтобы взобраться на него с мощной винтовкой с оптическим прицелом.
Визит был коротким, но приятным. Доктор Диксон рассказывал Вики захватывающие истории о детстве Розы и Питера, на которые близнецы не обращали внимания, поскольку в соседней комнате опустошали коллекцию пластинок.
– Опера, – объяснил доктор, когда Вики поинтересовалась, что там происходит. – Все знакомые мне вервольфы сходят по ней с ума.
– Все? – переспросила Вики.
– Все знакомые мне, – повторил доктор. – Прежняя стая Стюарта в Вермонте предпочитает итальянскую музыку, но они живут достаточно близко к цивилизации, чтобы позволить себе быть разборчивыми. Большинство остальных вервольфов, по крайней мере в Канаде, особенно стая, живущая у парка Алгонквин и большая стая близ Мусони, обожают воскресные музыкальные выпуски Си-би-эс.
– А сколько всего в Канаде стай?
– Ну, я только что упомянул четыре, и по крайней мере две есть на Юконе, одна в северной Манитобе… – Он нахмурился. – Откуда, черт возьми, мне знать точно, сколько их? Достаточно для генетического разнообразия. Хотя в какой-то момент они, похоже, все пристрастились к опере. Не могут ею насытиться. Я одалживаю пластинки этой стае, и, – доктор повысил голос, – иногда мне их возвращают!
– В следующий раз вернем, доктор Диксон! – крикнул Питер. – Обещаем!
– Конечно, вернете, – пробормотал он. – Если проклятый щенок снова их сжует, я…
– Почешете его за ушками и скажете, что он очаровашка, – договорила за хозяина Роза, входя в комнату с полудюжиной альбомов под мышкой. – Вы всегда так делаете.
Выйдя из дома, Вики остановилась на крыльце, чтобы понаблюдать, как Шторм гонится по лужайке за бабочкой.
– Что будет, когда вы умрете? – спросила она доктора.
Тот фыркнул.
– Я сгнию. А что?
– Я имею в виду, что будет с ними? Они не перестанут нуждаться в докторе после вашей кончины.
– Когда придет время, я открою тайну молодому врачу, которая примет мою практику. – Он рассмеялся. – Она выросла, не зная, хочет ли быть ветеринаром или терапевтом. Вервольфы просто созданы для нее.
– Не затягивайте с этим делом, – предупредила Вики.
– Не суйте любопытный нос не в свое дело, – парировал доктор Диксон. – Я знаю семью Хиркенсов много лет, дольше, чем вы живете на свете. Я не собираюсь падать замертво и оставлять их наедине с жестоким миром.
– Они не будут с миром наедине, – ощетинилась Вики.
Старик усмехнулся, но мягко ответил:
– Да, похоже, что не будут.
Дженнифер и Мари не потрудились прийти на ужин.
– Около часа назад они разделили кролика, – объяснила Надин, с нежной и печальной улыбкой глядя на них в окно.
Близняшки так плотно прижались друг к другу, что трудно было различить, где заканчивается один мохнатый бок и начинается другой.
Колин давно ушел на работу, поэтому за стол сели только семеро. Дэниел сделал все возможное, чтобы есть за отсутствующую троицу.
