Мао Цзэдун избран Председателем ЦК КПК в январе 1935 г. Это был период, когда на Дальнем Востоке близким к реальности был военный конфликт с Японией. Сталинская дипломатия искала пути нейтрализации Японии и сохранения непрочного мира на своих восточных границах. В этих условиях главной стала проблема укрепления Китая как антияпонской силы и восстановления отношений Чана с коммунистами. В ситуации начала 1930-х годов было невозможно руководить Китайской компартией.
Мао был южанином, мягкими чертами лица немного похожий на малайца, но высокого роста и светлый, что не характерно для для китайца. Небогатырского телосложения, с запавшей грудью, он запоминался собеседникам вялым пожатием мягкой горячей руки. Склонный к простуде, Мао, тем не менее, сохранил до старости хорошее здоровье. Он был меланхоликом, способным легко возбуждаться и легко впадать в депрессию, чувствуя, как он жаловался, «вату под ногами»; но в окружении Мао имел имидж человека твердого и несокрушимо спокойного – говорил тихо и медленно, старательно подбирая слова, чтобы производить впечатление мудрого человека. В нем чувствовался глубокий эгоцентризм, замкнутость на собственной личности, он не очень привлекал даже сторонников, – но Мао Цзэдуну суждено было стать центральной фигурой в партии китайских коммунистов, которая не только полностью завоевала молодое поколение, но и – в сложных условиях внутрипартийной борьбы и постоянного давления из Москвы – консолидировала старших, даже прежних начальников и неприятелей.
Мао Цзэдун. Кантон, 1925
Мао Цзэдун был в числе тех 50-ти молодых людей, которые в 1920 г. организовали Компартию Китая (ему было тогда 27 лет). Лидер коммунистов Чень Дусю находился постоянно под цепким взглядом Коминтерна, его критиковали, в конце концов и сняли с должности, обвинив в «троцкизме», – но интересно, что и Мао критиковал его не раз, настаивая на своем, впоследствии успешно реализованном пути: организации труднодоступных военных баз и опоре на крестьянство. То есть он настаивал, что нужно быть таким же, как все эти Чжан Цзолини или У Пэйфу, только красными.
Но присылали каждый раз новых коминтерновских деятелей, а Мао оставался в тени: ведь он не учился в Москве и вообще никогда никуда не выезжал из Китая. Мао был не коминтерновским, а самостоятельным и доморощенным китайским коммунистом.
Мао Цзэдун происходил из низших слоев шеньси и получил китайское образование. Насколько серьезное, обнаружила лишь последующая история. После снятия Чень Дусю из Москвы прислали новое руководство – крикливого неумного Ли Лисаня, который везде видел троцкизм и правых. Мао сидел в горах западной Хунани и Цзянси и знал, что никому не подчинится, если у него будет реальная военная сила. К нему присоединился со своими отрядами Чжу Дэ. Ли Лисань писал в Москву докладные о том, что Мао расстреливает честных коммунистов и что у него кулацкий уклон, но достать Мао в горах никто не мог. Руководство КПК пыталось поссорить Мао с Чжу Дэ, и отчасти иногда это удавалось, – но Мао был намного умнее простодушного и доброжелательного Чжу, совсем не претендовавшего на власть и все более прислушивавшегося к Мао в политических вопросах. Хотя, между прочим, Чжу Дэ имел военное образование и учился в Гейдельбергском университете. Мао назначил Чжу Дэ командующим войсками (названными «4-м корпусом Народно-освободительной армии Китая»), а сам остался у него политическим руководителем. Политкомиссар отрядов Чжу Дэ, совсем молодой выпускник Шанхайского университета Чень И, без колебаний признал авторитет Мао.
В конечном итоге все вылилось в дискуссию в Коминтерне по докладу Чен Исуна в январе 1930 г. «по вопросу о Красной армии Мао Цзэдуна – Чжу Дэ», результатом которой было решение политбюро ЦК КПК 17 февраля 1930 г., которое осудило «ошибки Мао Цзэдуна в понимании соотношения города и села». Но Мао все это мог игнорировать: Коминтерн был далеко, ЦК КПК находился в Шанхае в глубоком подполье, а у Мао было собственное коммунистическое учение и был свой район.
Весной в 1930 г. подпольный ЦК направил к Мао Цзэдуну комиссаром Сюй Цзишеня, которого, в частности, уважал Чжоу Эньлай. Однако Мао прогнал Сюя. В июне Ли Лисань выставил требование готовить большое восстание в городах. Для подготовки послали к Мао нового комиссара, которого тот опять прогнал.
Из 60-тысячной Красной армии Китая у Мао и Чжу Дэ была половина. Будучи официально лишь «уполномоченным ЦК», Мао самочинно организовал «Центральный фронтовой комитет» и провозгласил себя его председателем.
