Эти голоса принадлежат тем, кто составлял ядро сталинской группы в 1928–1933 гг. и кто начал через пару лет слабо чувствовать какой-то непорядок, что-то не то. Ни на какую организованную оппозицию они были уже неспособны. Сталин прекрасно знал это. Еще тогда, когда они перекрикивали друг друга, набрасываясь на «уклониста», он, надо полагать, планировал на них свалить все: и голод, и коллективизацию, и истребление интеллигенции, и «украинизацию». Именно против них, а не против мнимых «право-троцкистско-зиновьевских» «врагов народа», направлен был террор.
Это подтверждает анализ прессы времен Большого террора, в первую очередь возглявляемой Л. З. Мехлисом «Правды».
В феврале 1936 г. в Москве проходило совещание работников животноводства. Кто-то из президиума увидел в зале Ленцнера – бывшего троцкиста. Оказалось, что он возглавляет делегацию Днепропетровской области как заместитель заведующего земельным управлением облисполкома. После небольшого расследования оказалось, что в обкоме партии там работает некий Красный – бывший троцкист.
3 апреля в «Правде» была опубликована разгромная статья об отставании животноводства в области. Ленцнер и Красный были «разоблачены», но на пленуме обкома ни первый секретарь обкома Хатаевич, ни второй секретарь Матвеев не покаялись в том, что «покрывали троцкизм». О чем и написал большую статью в «Правду» ее корреспондент по области Д. Ортенберг (будущий генерал – главный редактор «Косомольской правды»). В феврале 1937 г. «Правда» уже прямо резко критиковала Хатаевича. Благодаря ходатайствам его личного друга, Косиора, Хатаевича перевели в Киев, аресты же в Днепропетровске только начались. Потом пришла очередь и Хатаевича, и Косиора.
19 марта «Правда» напечатала большую статью «Политическое воспитание хозяйственных кадров», в которой разоблачалась «недостойная система подбора кадров» в наркомате. В результате расстреляны заместитель наркома Рухимович, начальники главных управлений металлургической промышленности, цветной металлургии, арестовали председателя «Главзоло-та», расстреляли управляющих трестами «Сталь», «Руда», «Востокосталь», «Донуголь», «Азнефть», руководителей важнейших строительных организаций времен пятилетки, а заодно – и чекиста Павлуновского.
В ноябре 1936 г. бывший чекист, секретарь Ростовского обкома Евдокимов, был подвержен уничтожающей критике на секретариате ЦК за «бюрократизм и канцелярщину», а затем в «Правде» – за «покрытие троцкизма». В феврале 1937 г. к первым секретарям, обвиняемым в «покрывании», приобщили Кабакова с Урала. Кампания против «покрывания троцкизма» ширилась, в Ростове начались массовые аресты. На защиту арестованного
Кого искали комиссии из центра, которые приезжали разоблачать врагов народа? Никого они не искали. Задача была одна: взять как можно больше руководителей. Комиссия С. Гинзбурга и упомянутого выше бывшего чекиста Павлуновского проверяла Наркомтяжпром (то есть Орджоникидзе) после расстрела Пятакова и пришла к выводу: «Ознакомление с Уралвагонзаводом привело нас к твердому убеждению, что вредительская работа Пятакова и Марьясина не получила на строительстве большого развития». Вскоре Орджоникидзе застрелился, а Молотов на пленуме ЦК с возмущением цитировал выводы комиссии.
Безумием было бы расстрелять их всех за связь с Пятаковым. Но вполне логично было расстрелять их за связь с Орджоникидзе.
