Ночью 7 июля 1937 г. близ Пекина, у моста Лугоуцзяо, произошло столкновение между солдатами японской «гарнизонной армии в Китае» и подразделениями китайских войск. Но в этот раз высшие армейские круги не были заинтересованы в развертывании конфликта, поскольку это угрожало оттянуть силы Японии от России. Армия согласовала с политиками свою позицию и передала директивы командованию гарнизонной армии. Начались переговоры между командованием гарнизонной армии в Китае и 29-й китайской армией. Конфликт, тем не менее, развивался, и японцы перебрасывали в Китай свои войска из Кореи и Маньчжурии. Поскольку боевые действия приносили японцам успех за успехом, высшие военные круги ожидали развития событий. До конца июля японцы заняли весь район Пекина и Тяньцзиня, а в августе китайцы были разгромлены под Шанхаем. Японцы заняли Нанкин и начали оккупацию Центрального Китая. 2 сентября 1937 г. конфликт правительством Японии был официально переименован с «северокитайского» на «китайский», однако он все еще считался «инцидентом».
Теперь правительство Японии решило признать «гоминьдановское правительство» своим партнером. Это было провозглашено 30 ноября 1938 г. на совещании в присутствии императора. Совещание предлагало Китаю объединиться с Японией и Маньчжоу-го в «ось», которая
Командование японской армии настаивало на переговорах с правительством Чан Кайши, исходя из того, что главным врагом является Россия. Однако правительство 16 января 1938 г. опубликовало заявление о том, что оно отказывается рассматривать «гоминь-дановское правительство» как партнера. В боевых действиях наступило затишье, а летом японцы добились новых значительных успехов: их армия оккупировала Центральный Китай с Уханем и Кантоном.
Военные действия в Китае приобрели глубокий и затяжной характер. После 1937 г. армия усилила свои позиции в стране, закрепив за собой пост военного министра, но, в сущности, проиграла политическую борьбу с флотом и гражданскими. Армейский, континентальный вариант – «удар на север» – стал значительно менее привлекательным, чем морской, «удар на юг». Реализации континентального антироссийского варианта должно было предшествовать урегулирование «китайского инцидента», а как это сделать – было абсолютно неясно.
В то же время морской вариант, направленный против Запада, выводил Японию на идеологические позиции предводителя националистов Азии в их борьбе против западного, в первую очередь англо-французкого, колониализма.
Поход «мирового села» против «мирового города» приобретал неожиданный характер.
За десяток лет до начала войны в руководящих военных кругах крупных европейских стран продолжались острые дискуссии относительно характера будущей войны, а следовательно, организационных и военно-технических планов ее подготовки. В конце 1920-х гг. сформировались «модернистские» военные доктрины, которые по-разному были восприняты в разных армиях мира. Как известно, первые такие доктрины формулируются в произведениях на военную тему английскими писателями Фуллером и Лиддел-Гартом. Во Франции военным теоретиком-модернистом был молодой де Голль, а в Германии развил новые идеи и успешно претворял их в жизнь генерал Гейнц Гудериан. Все подобные идеи основывались на определении ведущей роли танков и механизированных войск в будущей войне.
