В 1940–1941 гг., когда Сталин ожидал за «железным занавесом» (этого выражения тогда еще Черчилль не придумал), а Англия одна в Европе сопротивлялось наступлению нацизма, мировая ситуация складывалась для западной цивилизации наиболее тревожно. Итальянские и немецкие войска воевали против англичан только на границах итальянской африканской колонии – Ливии, казалось, на далеких пустынных окраинах цивилизованного мира. Однако в действительности речь шла о других масштабах. Война велась в арабском Магрибе, на подступах к Египту и Суэцкому каналу. Падение Франции значило или могло означать немецкий контроль над французским Марокко, Алжиром и Тунисом, над Сирией – то есть практически над большей частью арабского мира. Наиболее горячей точкой арабского Востока тогда была Палестина, где в 1922-м, 1929-м и 1936 г. проходили антиеврейские волнения. Их организатор, непримиримый враг еврейства и сочувствующий нацизму муфтий Иерусалима, хаджи Амин эль-Хусейн, после подавления восстания в 1936 г. перебрался в Берлин. Британская королевская комиссия в следующем году пришла к выводу, что евреи и арабы не могут жить в одном государстве, и рекомендовала разделить Палестину на еврейскую и арабскую части (отдав последнюю Трансиордании) и подмандатную территорию – город Иерусалим. Евреи были готовы к переговорам, а арабы, поддерживаемые Германией, не соглашались ни на какой компромисс.
При таких обстоятельствах началась война. Великобритания с огромным трудом поддерживала равновесие на Ближнем Востоке, пытаясь как можно меньше идти на уступки евреям. 30 тыс. палестинских евреев записались добровольцами в английскую армию, но некоторые сионистские организации – радикальные последователи Жаботинского, «Иргун цвай леуми» и «Лохамей Херут Исраэль», или «группа Штерна» (лидера, убитого англичанами в 1942 г.) – вели вооруженную борьбу за независимость Израиля против всех, включая англичан.
В 1941 г. под контролем нацистской Германии оказались Ирак, где была установлена пронемецкая диктатура Рашида аль-Гайлани, и Иран, шах которого Реза Пехлеви имел откровенно немецкие ориентации. Только после начала советско-немецкой войны англичане вернули власть в Ираке прозападному Нури эс-Саиду, а Иран в августе 1941 г. был оккупирован английскими и советскими войсками. Реза-Шах Пехлеви отрекся от престола в пользу своего 22-летнего сына, настроенного прозападно, и выехал в почетную ссылку, где и умер.
В сложной ситуации оказалась Турция. Подписание советско-немецкого договора 23 августа 1939 г. поставило ее перед угрозой давления со стороны СССР, тем более, что проарабская политика Германии создавала дополнительную опасность с юга. При этих условиях наследники диктатуры Кемаля Ататюрка пошли на укрепление отношений с Англией. Однако победы Германии на Балканах явно усиливали чувство дружбы к новому балканскому соседу, результатом чего стал соответствующий договор, подписанный Турцией и Германией в канун 22 июня. Неопределенное положение нейтралитета с проанглийскими умонастроениями продолжалось, в сущности, всю войну.
Японский фактор в мировой войне также следует принимать во внимание в совокупности с антизападными факторами в широком азиатском регионе.
Достаточно большое влияние имели нацисты в странах Латинской Америки. Наибольшие государства Южной Америки – Бразилия, Аргентина и Чили – находились под властью диктатур, открыто настроенных пронемецки.
Япония решила взять курс на Юг на совещании при участии императора, которое состоялось 6 сентября 1941 г. Это означало войну против Англии и США при временном нейтралитете со стороны СССР, пока ослабление Советского Союза в войне с Германией и решающие успехи в бассейне Тихого океана не подготовят условия для легкого разгрома русских. Борьба между северным и южным вариантами отображала соперничество армии и флота, генерального и морского генерального штабов, которое присутствовало в образованной в 1937 г. ставке, подчиненной непосредственно императору. Как и в случае с Россией, морская стратегия имела глобальный характер, армейская – континентальный и более ограниченный непосредственными интересами империи. Однако в этот раз решение было принято генералами и адмиралами единодушно; характерно, что премьером с почти диктаторскими полномочиями в этот период войны был военный министр и начальник Генерального штаба Тодзио Хидеки. Генерал Тодзио и другие руководители армии считались с тем, что большая война будет требовать ресурсов, которые бедная на сырье Япония могла бы отобрать у соседей. В первую очередь это была Голландская Индия (Индонезия), где добыча нефти в 20 раз была более высока, чем в Японии (а японская нефть обеспечивала едва 10 % потребностей страны). Континентальная стратегия и победа над Россией очевидных экономических результатов не давали.
