Время было слишком дорого. Нужно было действовать и быстро. Севолод и стольные бояре развили кипучую деятельность. В короткий срок подготовили грамоты и снарядили гонцов во все концы огромной державы, ко всем удельным князьям, всем советам племён и старшинам родов с требованием признать власть нового Великого Кагана. Кроме того, для верности, нужны были союзники извне. И потому срочно отбыл на переговоры с полавским королём магистр западного культа Рейдеберн. Со всех земель в Святоград созывались войска. Новый Великий Каган ни с кем не желал делиться властью и серьёзно готовился к борьбе.
Севолод и его ближнее окружение с нетерпением ждали вестей прежде всего с далёкой Альтмы от молодого бресславского князя Бурислава, стоявшего, ещё по воле Велимира, во главе всей святоградской рати. Кто он теперь? Друг или враг? Ответ на этот вопрос решал многое. Если друг – хорошо. А если враг….. Он же был ближе всех к столице, у него отцова завещательная грамота на Верховную власть и под рукой сильнейшее во всей Склавинии войско, под командой преданного Добрыни, готового выполнить волю почившего правителя.
Пойдёт Бурислав на столицу – никто не остановит. И что тогда? Останется только бежать в полавские земли, под защиту своего тестя. Не было у Севолода полной уверенности в успехе посольства Путшы. Но и это ещё не всё! Не известно было каких вестей ждать от других братьев из Стар-града, Тартарии, Вручая и прочих земель? Потому и нервничал Великий Каган. Было ему над чем задуматься, отчего потерять покой и сон. Севолод плохо спал, мысли одолевали. Вот и этой ночью он никак не мог уснуть и бродил по отцовскому сеннику, словно домовой.
Князь быстро шёл по бесконечным тёмным переходам и коридорам. Служивый ратник еле поспевал за ним. Отдуваясь и бряцая оружием, он нес над головой большую сальную свечу, чтоб хоть как-то осветить путь своему господину. Наконец, Севолод буквально вбежал в большие сени – просторное помещение, расположенное сразу за массивными входными дверями дворца.
В сенях, тускло освещённых двумя большими лампадами, в этот час было тихо и безлюдно. Князя приветствовали земным поклоном несколько человек в запылённой и пропахшей конским потом дорожной одежде. Это был сам боярин Путша и сопровождавшие его мужи.
Не отвечая на приветствия, Святополк кинулся к боярину и схватил его за плечи:
- Ну, Путша, сказывай, не томи, каковы вести привёз – добрые, аль худые? – воскликнул он.
Давно не приходилось степенному боярину видеть в столь великом смятении всегда гордого и заносчивого Севолода, считавшего себя выше других. От неожиданности Путша даже слегка запнулся, но быстро взял себя в руки и отвечал чинно, с поклоном:
- Добрые, государь! Одни токмо добрые вести.
- Слава всем Богам! – облегчённо вздохнул Севолод, - А то мы уж тут всякого передумали, пока вас дожидались. Ну каково всё прошло? Как там Бурислав?
- Брат твой здоров, тебе кланяется, - начал рассказ Путша, - Наперёд всего, велел нам передать тебе, что порядок старинный он чтит и традиции столонаследия не нарушит, несмотря на отцову грамоту. Готов признать тебя Великим Каганом «отца вместо» и служить тебе верно, как отцу своему служил. Вскорости сам в Святоград приедет клятву верности тебе принести.
- Радостно нам сие слышать! – крупное лицо князя расплылось в довольной улыбке, - Знать не ошиблись мы в брате нашем. Да и в тебе, боярин, тоже не ошиблись. Сослужил ты мне службу добрую, век не забуду услуги сей.
- Я твой верный слуга, государь, - поклонился Путша, еле сдерживая торжествующую улыбку. Теперь дела его пойдут в гору при дворе нового властелина Склавинии, о чём он раньше, при князе Велимире, не смел и мечтать, несмотря даже на своё дальнее родство с ним.
- А что с моими повелениями дружине и ополчению? – поинтересовался Святополк.
- Все, как ты приказал, государь. Ополчение распустят по домам, а дружина возвращается в Святоград, под твою руку. Князь Бурислав едет вслед.
- Добро, - удовлетворённо кивнул Севолод, - А где же Горясер?
- В изорскую землю отправился к другому твоему брату – Григору, - отвечал Путша, - Решили мы разделиться, чтоб вести добрые с Альтмы быстрее до тебя донести.
- Правильно решили, - одобрил Каган, - В Горясере я уверен. Он всё сделает, как надо.
- Дозволишь ли, государь, теперь на свой двор вернуться?
- Успеешь ещё. Пойдём, боярин пока выпьем по кубку ролланского вина за наш успех, а потом домой направишься. Да и мне в ложницу пора, поздно ужо, княгиня небось заждалась. Завтра обо всем подробнее потолкуем.
Севолод обернулся к караульным:
- Как только боярин Горясер объявится – сей же час ко мне! Пошли, боярин.
Опять замелькали длинные тёмные переходы и коридоры огромного сенника. Впереди снова маячила одинокая свеча в руке переднего ратника, тускло освещавшая путь в темноте. Сзади, почти не различимые во мраке, тяжело топали сапогами ещё два княжеских дружинника.
