- Скорее восьмого-девятого, - хладнокровно бросил Сергеич, ощупывая меня настороженным и в то же время изучающим взглядом.
Я вновь недоумённо пожал плечами:
- О чём это вы, старики-разбойники?
- Как ты говоришь? – заинтересовался вдруг Игорь. – Старики-разбойники?! – он откинул голову назад и громко захохотал. Сергеич и Фёдор одновременно посмотрели на него с лёгким неодобрением и также синхронно покачали головами в знак осуждения. Выглядело это со стороны столь забавно, что я тоже не смог удержаться и тихонько засмеялся.
- Не вижу ничего смешного, - поджал губы Сергеич, - лучше бы задумались над тем, что нам надо побыстрее убираться отсюда. Мы и так уже порезвились в потоке энергий так, что даже самый слабенький Дешифратор засечёт наше местонахождение с точностью до метра.
- Ну и что? – спокойно сказал Фёдор. – Забыл, что сейчас наверху ночь и все сканеры забились по щелям как тараканы и молятся всем богам, чтобы их не «выпили»?
Сергеич хлопнул себя по лбу и сконфуженно улыбнулся:
- А ведь точно! Вот ведь я старый дурак! Ладно, всё равно надо убраться отсюда. Сможешь идти? – обратился он ко мне.
Я осторожно поднялся с пола. В голове шумело, а перед глазами всё слегка плыло. Переждав приступ дурноты, я потихоньку двинулся вслед за повернувшимся ко мне спиной Сергеичем, который деловито зашагал куда-то в темноту бункера. Игорь и Фёдор пошли сзади, причём пистолета юный житель катакомб так и не опустил. Ну и чёрт с ним – лишь бы не пальнул с перепугу! – подумал я.
11 ГЛАВА
Коридоры менялись, но вот их антураж оставался прежним: те же голые стены, редкие и тускло мерцающие лампы аварийного освещения, толстые нити кабелей под теряющимся в полумраке потолком и закрытые двери-люки с намалёванными над ними краской буквенно-цифирными кодами.
Мы шли уже минут двадцать, когда Сергеич вдруг резко остановился. Я по инерции налетел на него и наткнулся на костлявую спину. Старик, не оборачиваясь, ловко и больно ткнул меня локтем в живот и тихо прошипел:
- Смотри куда прёшь, раззява!
Сзади приглушённо фыркнул Игорь. Фёдор же промолчал и никак не отреагировал на происшедшее.
Сергеич поднял руку с лампой повыше и напряжённо уставился куда-то в темноту. Я ничего не видел, но тоже честно пялился в том же направлении.
- Ну чего ты тормозишь, - недовольно произнёс сзади Фёдор, - не видишь что - ли – сняли уже защиту, сняли! Проходи, давай!
- Не учи учёного! – огрызнулся Сергеич и уверенно скользнул к внезапно открывшейся двери. Я невольно зажмурился, когда яркий свет из-за неё ударил по моим привыкшим к полумраку глазам. Сзади меня кто-то подтолкнул, и я осторожно шагнул вперёд. Нога больно врезалась в край высокого порога и я тихонько выматерился от неожиданной боли.
- А вот это нехорошо! – произнёс с явной укоризной незнакомый голос. – Такой, с виду, приличный молодой человек и так грязно ругается!
Я потихоньку приоткрыл ещё слезящиеся глаза и осмотрелся. В небольшой комнате, где мы находились, ярко светило сразу несколько мощных ламп и всё было видно как на ладони – без таинственных теней по углам.
Прямо передо мной стоял внушительного вида стол с расположившимся на краю массивным чернильным прибором в виде бронзового дракона и лампой с зеленым абажуром. Посередине стопка исписанных листов, перо и пара книг с многочисленными закладками. За столом небрежно отодвинутый в сторону стул с высокой резной спинкой, на которую наброшен офицерский китель без погон. Слева огромный напольный сейф с приоткрытой толстенной дверью. С правой стороны огромный кожаный диван, на котором сидел, закинув ногу на ногу в высоких сапогах, мужчина в синих галифе и белой рубашке. Бритая голова, широкое крестьянское лицо, нос картошкой, роскошные усы а-ля Семён Михайлович Буденный и устало прикрытые глаза. Человек сидел, откинувшись на спинку дивана и, как мне показалось, до нашего появления спокойно спал. Ну, извини, дядя, я не напрашивался к тебе в гости!
- Да, я знаю, - негромко произнёс мужчина и я вздрогнул от неожиданности: неужели я сказал это вслух?
- Да нет, – просто усмешечка у тебя такая глумливо-похабненькая была, словно ты радуешься, что меня разбудил, но при этом глаза виноватые и извиняющиеся, - спокойно ответил на мой невысказанный вопрос местный начальник. Почему начальник? Ну – это просто! Не к мусорщику же какому-нибудь меня старички-боровички притащили, правда?
- Тоже верно, - легко согласился со мной мужчина и я опять поперхнулся от неожиданности. –Можешь считать меня одним из руководителей Сопротивления. – Он открыл, наконец, глаза и упёр в меня тяжёлый, осязаемо давящий взгляд. – Впрочем, пожалуй, мы несколько торопим события. Я думаю, что у нас будет ещё возможность прикоснуться к «самым страшным тайнам» этих мрачных подземелий! – Босс, (или шеф – кто бы мне подсказал?), широко улыбнулся, да так обескураживающее, чисто и располагающе к себе, что я против воли, тоже расплылся в ответ.
- Плужников. Виктор Павлович – представился мужчина. – Чаю не желаете?