Как и любой человек в таком положении, Плужников испугался. К тому же врачи, к которым он обратился, лишь бормотали нечто невразумительное и стыдливо пожимали плечами. Лишь один из них, занимавшийся изучением последствий воздействия ОВ на основе минерала на человеческий организм неуверенно отметил некоторые параллели. Но в ответ на попытку Виктора узнать об этом более подробно, он моментально замкнулся, сослался на действующий режим секретности и быстро свернул разговор, предложив напоследок обратиться к Макарову.
Полковник же, в ответ на жалобу, лишь отмахнулся от него, словно от назойливой мухи:
- Тебе что, делать нечего? – раздражённо спросил он у Виктора. – Ишь, благородная девица выискалась – пара морщинок у него новых появилась! Да у меня от вашего нытья их уже полным полно и я не жалуюсь!...Руки-ноги целы? Вот идите и работайте!
Плужников ушёл, но в незримый счёт, который он намеревался когда-нибудь выставить Макарову, была вписана ещё одна строка.
Не желая сидеть сложа руки и дожидаться горького конца, Виктор с головой ушёл в решение этой проблемы. Он постарался припомнить всё, что узнал в спецшколе, поднял собственные наработки, исподволь расспрашивал коллег, сутками пропадал под землёй.
Всё же он был талантливым человеком – спустя некоторое время ему удалось добиться успеха: Виктор сумел выяснить, что в подземельях, расположенных под Городом концентрация минерала в виде вкраплений в стенах, полах и потолках пещер весьма и весьма значительна. Промышленная добыча его здесь была невыгодна – слишком малы были размеры кристаллов и потому при первом обследовании на них не обратили особого внимания.
Плужников же обнаружил, что во всех пещерах и гротах минерал складывается в узор, представляющий из себяправо- или левостороннюю спирали! В силу гигантских размеров подземных сооружений сразу это в глаза не бросалось, а вот при более подробном изучении предстало перед Виктором ошеломляющей, завораживающей картиной. Причём, что любопытно, Плужников не мог не отметить тот факт, что спирали эти как две капли воды были похожи своей формой на ту, которую обнаружили в тридцатые годы на Кольском полуострове. Собственно, ведь и для него самого с неё началось путешествие в Город.
