Так или иначе, но претворить блестяще задуманный план в жизнь не удалось. Сначала вмешалась война, и о строительстве метро пришлось забыть до лучших времён. А после её окончания, когда работы возобновились, в силу всё того же жесточайшего кадрового голода, который испытывали энигматоры, придание каждой станции свойств аккумулирования и передачи изъятой у москвичей жизненной энергии шло чрезвычайно медленно. Ленинградские партийные бонзы пробовали было перехватить пальму первенства у столицы, обещая Сталину организовать всё значительно быстрее, но вождь усмотрел в этом попытку вырваться из под его власти и устроил для всех посвящённых в правила игры показательную «порку». Высшие партчиновники Северной Пальмиры либо скоропостижно умерли, либо сгинули в лагерях, а рядовые исполнители получили жесточайший разнос. Виктор, помнится, с сочувствием читал настоящие материалы по так называемому «ленинградскому делу» в секретном бюллетене. С одной стороны ему было жалко коллег, с другой – на кой хрен они вообще высунулись? А уж тем более потянули за собой людей совершенно случайных и виноватых лишь в том, что они где-то случайно прикоснулись к запретной области знаний, или просто оказались знакомы не с тем, с кем было нужно?..
Результаты исследований подземелий поставили Виктора перед выбором – оставить всё как есть, или уйти вниз, обосноваться в тайно подготовленном убежище и значительно продлить срок своей жизни. Насколько значительно? Да он и сам не знал, а проведённые эксперименты не давали, к сожалению, ответа на этот вопрос.
И тот, и другой вариант развития событий имели как плюсы, так и минусы. С одной стороны на кону было практически бессмертие, а на другой своего рода «жизнь джинна в лампе» - ведь чем дольше человек пребывал в загадочных пещерах, тем больше был размер «отката». То есть, стоило ему подняться, скажем, через десяток лет наверх и он мог превратиться в иссохший скелет за считанные мгновения.
