И в этот миг Элдвин впервые почувствовал себя частью настоящего Круга Героев. И не потому, что рядом с ним стояли сплошь смельчаки без страха и упрека. А потому, что каждый из его друзей готов был сделать все от него зависящее во имя победы над злом.
– Мы с тобой подождем здесь, – сказал Орион.
Им с Симеоном, конечно, было не взобраться по веревочной лестнице. Поэтому конь-огонь и бладхаунд, пожелав друзьям удачи, остались на берегу.
Вся остальная компания загрузилась в лодку, одиноко лежавшую на илистом берегу в ожидании хозяина. Орион столкнул суденышко в воду, и Галлеон принялся грести к Кориандровой яхте, старательно обходя опрокинутые корабли, которыми так и кишела гавань. Теперь она изрядно смахивала на какое-то водное кладбище, только вместо надгробий здесь торчали обломки мачт и плавали обрывки парусов – напоминание о том, что было и миновало.
По воде звук разносится быстро – все это знали, а потому сидели молча. Правда, кругом было полно моряков, которых не заботило, что их слышно во всей гавани. На полузатопленном ялике полным ходом шло веселье; Элдвин слышал, как гуляки прихлопывают в такт гармоникам и волынкам – этим уж точно нипочем все беды Огромии, вместе взятые. Чуть дальше на другой лодке собралась не менее буйная ватага – стоя на палубе, эти ребята забавлялись тем, что пускали стрелы в чаек. «А если бы Галлеон не лишился магии и стал городским волшебником, что тогда? – подумал Элдвин. – Получается, не было бы этого беззакония и разбоя?»
Над невысоким планширом яхты виднелись головы эльфийских пиратов. Возможно, эти коротышки и не ведают страха в битве, зато из-за роста они много чего не видят. Подкрасться к ним легче легкого.
Веревочный трап, который до того заприметила Скайлар, уходил в воду. Галлеон указал на двоих охранявших его пиратов и кивнул Марати. Мангуста выпустила астральные когти и быстро скинула обоих стражников через планшир в воду.
Затем Галлеон захлестнул трап веревкой и накрепко завязал ее. Он взбежал вверх по веревочным ступеням, и животные последовали за ним. Банши удержала в ялике Навида и Марати.
– Вы двое, оставайтесь и будьте наготове, – приказала обезьяна.
– Мы двое? – вскипела Марати. – Еще чего. Я с ним не останусь. Лучше уж спать в сапоге у огра.
– Вот-вот, тебе там самое место. И запашок совсем как твой, – прошипел Навид.
– А ну кончайте, не до этого сейчас! – Банши кинулась вверх по трапу, пока кобра и мангуста не завели перебранку.
Элдвин заметил, как Марати прошествовала на один конец ялика, Навид уполз на другой.
Едва Элдвин, Гилберт, Анура и Банши взобрались на борт, а Скайлар взлетела на палубу, из камбуза вывалились четверо пиратов, вооруженных ножами и маленькими трезубцами и с остатками еды на губах.
– А вы, ребята, похоже, лодкой ошиблись, – сказал один из них. – Бродячий звериный цирк братьев Кайрус уж давным-давно отчалил.
Остальные пираты грубо загоготали. Правда, им тут же стало не до смеха: в воздухе прямо над ними вдруг откуда-то взялись разные корабельные снасти. И одну из них – здоровенный деревянный шкив – Элдвин обрушил им на головы.
Рассвирепевшие пираты ринулись в атаку, круша все без разбора. Битва разворачивалась настолько стремительно, что Элдвин и следить не успевал. Слева от него Банши сделалась невидимой; справа Скайлар поднимала крыло. В следующий миг Банши появилась перед одним из пиратов и от души вломила ему барабаном по голове, отчего коротышка рухнул ничком на палубу. На борт яхты тем временем поднялся водяной с перепончатыми лапами, весь перемазанный илом и увешанный водорослями; с его жабр стекала мутная вода. Один пират кинулся к речному чудищу, потрясая своим трезубцем, но, обманутый иллюзией Скайлар, так с разбегу и вылетел за борт. Бултых! – донеслось до Элдвина.
Оставался только один противник – и под его левым глазом Элдвин заметил шрам. Тот самый головорез, о котором предупреждал Галлеон. Обнаружив корзину с пустыми бутылками, пират принялся яростно закидывать ими волшебника. Галлеон верно сказал: рука у этого коротышки была меткая. Зато сам чародей, как выяснилось, умел уворачиваться от брошенных бутылок с завидным мастерством.
– В балагане вроде моего волей-неволей крутиться научишься, – пояснил он.
Элдвин остановил одну из бутылок, летевших в Галлеона, и направил ее назад. Она просвистела в воздухе и со всей силы треснула пирата по лбу; тот без чувств грохнулся на палубу.
В воздухе все еще висели три деревянных шкива – и вот они не выдержали и свалились, с треском проломив палубу. Элдвин и его спутники ухнули вниз и, пролетев две палубы, очутились в шикарной спальне. Там на не менее шикарной кровати сидели двое: молодой красавчик и симпатичная девушка. И оба во все глаза уставились на незваных гостей.
– К вопросу об удачных падениях, – заметил Галлеон. – Это, к примеру, оно и есть.
Все животные разом посмотрели на Ануру.
– Ну что тут скажешь? – пожала плечами жаба. – Такое просто случается рядом со мной, вот и все.
Кориандр вскочил на ноги и вытащил из-под подушки отделанный драгоценными камнями ятаган.
