Стены внутри здания носили следы давнего пожара. На разинутой пасти камина чудом сохранилась витая чугунная решётка, и осколком глаза зияла единственная ярко-синяя плитка изразца над топкой. Но даже в состоянии полного разорения было видно, что когда-то зал поражал роскошью и изысканной лепниной на потолке. Максим поднял голову и обомлел, потому что на одной из потолочных балок сидела девушка и пристально смотрела на лающего Понтуса.
Однажды, ещё будучи курсантом Университета МВД, ему доводилось снимать с крыши попрыгунчика — здоровенного мужика, который обиделся на свою мать за то, что она не дала денег на автомобиль. Упираясь ногами в стену, он стаскивал мужика с карниза, а тот нелепо взмахивал руками и от страха всё время подгибал ноги, а потом, уже в безопасности, обнял за шею и разрыдался, как маленький мальчик.
Девушка сидела вроде бы безопасно, но кто знает, что на уме у этих сумасшедших. Спугнуть нельзя, надо действовать осторожно, а то крикнешь, чтоб держалась, а она оттолкнётся да и сиганёт вниз на холодный цемент с остатками паркетных плиток. Хорошо, что Понтус пока её отвлекает.
Стараясь не делать лишних движений, Максим переместился в сторону лестницы. Мраморные ступени выдержали проверку временем и сохранились почти полностью, вместе с железными штырями, на которых прежде крепились перила. Максим представил, что произойдёт, если девица ухитрится рухнуть на штыри, и рванул вверх, не переводя дыхания.
Лестница оборвалась так внезапно, что он едва успел удержать равновесие. Дальше пришлось отмерять расстояние по сантиметрам, цепляясь за остатки балок и арматуры. Карабкаясь на четвереньках, он выполз на шаткие остатки перекрытия и негромко позвал:
— Эй, девушка, я могу помочь?
Она сердито мотнула головой и, похоже, совсем не удивилась его появлению.
— Не мешайте мне фотографировать.
Фотографировать? От приступа гнева Максим взорвался:
— Идиотка, дура безголовая! Совсем сдурели со своими селфи! Ты посмотри вниз — упадёшь, разобьёшься насмерть и будешь здесь год валяться, пока туристы не найдут.
В ответ на его окрик девушка равнодушно бросила:
— Какое селфи? Я вообще-то тут работаю, а вы… ты мне мешаешь своими истериками. Да и собачку лучше убрать. Она мне ни к чему. — Девушка развернулась корпусом, и он увидел у неё в руках профессиональную камеру с широким раструбом объектива. Час от часу не легче!
— Камера не спасёт от падения, — едко сказал Максим. — Подай руку, я тебе помогу.
— Лучше о себе позаботься. И не надо меня спасать, я не самоубийца.
Опустив камеру, она похлопала себя по талии, и Максим увидел оранжевый страховочный пояс с тросом, прочно закреплённым на металлический крюк в балке.
Мысленно он выругал себя за невнимательность: «Опростоволосились вы, господин опер. Где ваша хвалёная наблюдательность?»
Опасно наклонившись вниз, девушка сделала несколько снимков и только тогда посмотрела на него.
— А вот ты, судя по всему, в опасности. Стой, не шевелись, сейчас я закончу, и спустимся вместе.
Непринуждённо, как акробатка, она изогнулась дугой, и фотокамера послушно защёлкала дробной россыпью звуков.
— Ещё чего, я сам справлюсь, — пробурчал Максим, чувствуя некоторое унижение своего офицерского достоинства от такой легковесной особы, похожей на пичужку, случайно залетевшую под высокую крышу. Без особого труда он преодолел лестничные пролёты и подозвал Понтуса:
— Хватит гавкать, давай не будем мешать человеку.
— А за это спасибо!
То, что девушка спустилась и стоит позади, он понял по реакции Понтуса. Как она могла подкрасться совсем незаметно? Он удивился ещё больше, когда девушка наклонилась и погладила Понтуса между ушей. Подобное не позволялось никому, кроме хозяина, но здесь, глядя на морду пса, Максим мог бы поклясться, что предатель довольно улыбнулся.
Девушка была невысокой, с тёмно-русыми волосами, забранными в пучок на затылке, и светлыми глазами цвета болотной тины. Максим мог бы сказать, что девушка некрасивая, с резкими чертами, если бы не мягкая улыбка, внезапно озарившая лицо.
— Нашла где фотографировать, — недовольно выговорил Максим. — Что, лучше руин ничего не придумала?
Она дёрнула плечом:
— Я не выбираю объекты. Что заказывают, то и снимаю. Я промышленный фотограф.
Включив камеру, она быстро просмотрела снимки на мониторе:
— Вроде сумела поймать нужный ракурс. Мне трудно вовремя остановиться, всегда кажется, что следующий кадр будет лучше. — Девушка отстегнула страховочный пояс и перекинула его через руку. — Пойдём, спаситель, напою чашкой кофе с пряниками. — Она мельком глянула на Понтуса, нахально отиравшегося о её ноги: — Тебя тоже приглашаю.
Анфиса терпеть не могла, когда ей мешали работать. Частенько досужие зеваки лезли под руку или обсуждали между собой работу фотографа, самые настырные принимались давать ценные советы, так что тянуло запаковать их в посылку и отправить на Кудыкину гору.
