- Омнус? Ничего не знаю. Уехал на той неделе из города, и больше его никто не видел, - скривив лицо, отрубил мужичок, после чего с невнятным бормотанием захлопнул дверь, заперев её изнутри.
Купец хотел было вновь постучаться, но затем передумал и, почесав затылок, посмотрел на парня. Тот стоял рядом с растерянным видом, не зная, что сказать. По правде говоря, он как-то даже и не думал, что нечто такое вовсе может случиться, хотя мать и предупреждала его об этом. В течение всего путешествия его мысли уже были полностью заняты фантазиями о том, как он будет жить и учиться в Тиринмине, как заведёт себе друзей, целиком разделяющих его интерес к механике, какими будут учителя и что именно они будут рассказывать, показывать, объяснять. В один миг все эти планы разлетелись вдребезги, точно глиняный горшок, выскользнувший из рук на каменный пол. Он развернулся и неуверенными шажками подался вперёд, пока не уткнулся в стену противоположного дома, после чего сел на корточки, прислонившись спиной к стене, снял очки и стал тереть глаза. К горлу подступил ком, к глазам подкатили слёзы.
Руфрон тяжело вздохнул, не зная что и сказать, поскольку планом при таком развитии событий мальчик с ним не поделился, если таковой у него был вообще. Он подошёл к парню, неловко присел, положил ему руку на плечо и сказал:
- Ладно, пойдём-ка в таверну на Третий ряд, угощу тебя квасом. А там подумаем, что можно сделать.
Они неспешным шагом направились обратно и, спустившись до нужной улицы, повернули налево. Пока они шли к таверне, в голове Альдена закрутился ураган мыслей. Он уже как наяву представил себе жуткие картины, о которых даже и думать не хотел раньше. Вот он, пыхтя, возится на полу с грязной тряпкой в таверне, оттирая заплёванные доски, а на него орёт толстая повариха, подобная той, которую он видел в гостинице на тракте, давая ему подзатыльника за неуклюжее мельтешение. Или вот он со слезящимися глазами под суровым присмотром кожевника часами замачивает шкурки животных в чане с собачьими экскрементами, чуть не падая в обморок от страшной вони.
- Хочешь, я поговорю с хозяином таверны, чтобы тот тебя устроил на первое время? Да и что тебе эта гильдия механиков? Может, попробуешь податься туда, где возьмут более охотно? Например, в кожевенную? - прервал молчание Руфрон.
Мальчик с таким ужасом посмотрел на торговца, что тому сразу сделалось неловко.
- Ладно, ладно, сейчас посидим, отдохнём, а там что и решим.
Миновав ещё несколько домов, они увидели деревянную вывеску с надписью "Небесная Флейта".
- О, точно, "Флейта". Именно здесь я и был, рад что они не закрылись, - весело молвил толстяк.
Посетителей в полутёмном зале оказалось немного, да и сам зал был невелик. Несмотря на название, никакой музыки здесь не звучало. Руфрон подумал, что, скорее всего, если даже музыканты и приходили, то уж явно не утром. Он выбрал стол в правом от входа углу у окна, где было посветлее. К ним тут же подскочила кудрявая молоденькая служанка в переднике традиционных тиринминских цветов - синего и зелёного.
- Чего изволите, господа? - почтительно спросила она.
- С утра наедаться бы не хотелось, так что принеси-ка мне полкило сыра, жареную утку с картофелем, выпечки свежей, а также три кружки медовухи. И ещё одну, поменьше, кваса, - перечислил купец.
- Когда уже будет готов суп? Про меня там на кухне не забыли? - крикнул один из посетителей, сидящий через столик в глубине зала вместе с ещё двумя горожанами.
Служанка всем кивнула и скрылась в подсобке.
- Вот что я думаю. Завтра мы сходим туда ещё раз, попробуем поговорить с этим типом. А может, повезёт и попадётся кто-нибудь поприветливее, - предложил парню Руфрон. - Попробуем вот так, спросить прямо в лоб, чем чёрт не шутит, а? Вдруг у них, ну не знаю, нехватка учеников. Скажешь, что у тебя есть гениальная идея и расскажешь им про свою придумку с шипастыми колёсами. А я подтвержу, что руки у тебя растут откуда надо. Хотя, по правде говоря, шансов на успех маловато, - задумался он, потерев подбородок. - Быть механиком - почётнейшая профессия. Они, как я слышал, рьяно хранят свои секреты и делятся ими крайне неохотно даже с друг с другом. Впрочем, не только они - такое присуще всем высокопрестижным гильдиям, будь то, допустим, ювелиры, живописцы, оружейники. Принимают они обычно своих родственников или в крайнем случае дальних знакомых, а ты ведь даже не городской, - припомнил купец и сделал паузу, ожидая ответа, которого, однако, не последовало. - А этот твой Омос, это вообще кто? Кем тебе приходится?
- Омнус, - тихо поправил его Альд. - Я не знаю, кто он мне. Мать говорит, что они с отцом знали его, и что он поможет устроиться к механикам. Ещё, наверное, он очень старый, потому что она сказала, что он, может, уже и помер. Больше не знаю ничего.
- Ладно, сейчас чуток перекусим да пойдём пройдёмся по торговым рядам. А на Пятом покажу тебе один родник. Говорят, приносит счастье, если попить оттуда, - сказал Руф и стал выискивать глазами служанку - вдруг та уже несёт заказанное кушанье.
***
