— У меня есть, — перебила женщина. — И адреса, и телефоны, — от слова к слову её голос делался громче. — Хорошо. Я подумаю. Скоро тебе сообщу.
— Спасибо, Таня, — заулыбалась Полина. — Спасибо тебе большое! — ей не хотелось заканчивать разговор на ледяной ноте. — Извини, что побеспокоила в субботу вечером. За приглашение — спасибо большое за приглашение! Обязательно постараюсь…
— Не за что. Не за что, Полин. Да, — она коротко кивнула. — Приезжай. Прости, если я колючая сегодня. Устала. Прости. Всего хорошего тебе. До связи.
Таня схватила мышку и кликнула «Auflegen» — молниеносно, чтобы Полина не успела больше сказать ни слова.
Откинулась на спинку стула. Откатилась до середины комнаты.
Без очков, оставшихся на столе, при жидком свете игрушечной лампы, прикрученной к ноутбуку, комната казалась почти домашней. Почти как у папы, если в окно не смотреть. Частоколы книг на полках слипались в неровные полосы — ближе к столу цветные, дальше от стола чёрно-серые. Как всегда. Чтобы выключить иллюзию цвета, хватало смехотворной разницы в освещённости.
Таня встала, надела очки и прошла на кухню. Включила свет над плитой. Поколдовала у кофеварки. Пока та шипела и чавкала, стряпая двойной эспрессо, Таня подошла к окну. Внизу, перед ночным заведением на другой стороне улицы, кучковались курящие люди. Чуть поодаль человек мужского пола в ярости пинал фонарный столб. Другой человек того же пола жался к стене здания, ощупывая разбитое лицо. Рядом скучали трое полицейских. Они ждали, когда первый выдохнется, чтобы забрать его в участок.
Кофеварка сообщила, что напиток готов. Таня взяла тёплую чашку, выключила свет над плитой и вернулась в комнату, осторожно ступая в полумраке. Ногой подпихнула стул поближе к столу. Села. Создала и открыла файл под названием «Миша». Закрыв глаза, пару минут пила кофе вслепую.
Выпив кофе, начала писать.
письмо Тани
«Здравствуйте, Михаил.
Вы не знаете меня. Строго говоря, я тоже не знаю Вас. То «я», тот сгусток воспоминаний и склонностей, который сейчас читает этот текст Вашими глазами, наверняка отличается от человека, с которым «я» в последний раз говорила в 20… году. Моё «я» тоже изменилось за прошедшие восемь лет, местами до неузнаваемости. Но коль скоро на этой погрешности, далеко не всегда допустимой, завязано всё человеческое общество, я не буду биться лбом в стену. Я не буду пытаться залатать неадекватности человеческого языка. Отсюда и до конца письма «я» это я, а «Вы» это Вы. Независимо от места, времени или настроения.
Меня зовут Татьяна Эдуардовна Бельская. С января 20… года я аспирант философского факультета Университета Иоганна Гутенберга в городе Майнц, где я живу чуть больше семи лет. 22 апреля состоится защита моей диссертации, посвящённой глобальным расстройствам схемы тела (прежде всего, аутоскопии и других видов «выхода из тела», out-of-body experience), а вернее, толкованию таких явлений в свете репрезентативного понимания сознания. В своей работе я использую данные клинических наблюдений искусственно вызванной аутоскопии и родственных ей состояний у пациентов с нарушениями функций головного мозга, а также у здоровых субъектов. Моя страница на сайте университета: http://www.philosophie.uni-mainz.de/phd/belsky/. Там Вы найдёте мою фотографию, ссылки на публикации, а также номер моего рабочего телефона и время, когда я бываю на факультете. Кроме того, достоверность информации, изложенной выше, Вам сможет подтвердить мой научный руководитель, профессор Томас Метцингер (http://www.philosophie.uni-mainz.de/metzinger/), человек приветливый и относительно доступный, несмотря на известность и занятость. Он прекрасно говорит по-английски.
Я пишу Вам, потому что я, Татьяна Бельская, сыграла в Вашей жизни роль женщины по имени «Вера Кукушкина».
Вы уже знаете, откуда взялось это имя: из учебника философии, который написал мой отец, Эдуард Борисович Бельский. Сейчас я расскажу всё по порядку, но одну вещь, для меня очень важную, надо пустить без очереди: в апреле 20…, когда Вы пришли в гости к моему отцу, он ещё ничего не знал о моих похождениях под именем Веры Кукушкиной. Что дурачила Вас именно я, отец догадался во время вашего разговора. Свои догадки он решил оставить при себе. Тем самым он невольно подыграл мне и ввёл Вас в заблуждение, но поверьте: он не хотел Вас обманывать; он всего лишь опасался за мою безопасность. Надеюсь, Вы сможете понять и простить его.
Кое-что из того, что Вера Кукушкина рассказывала Вам о себе, было взято из жизни Тани Бельской. Я действительно родилась в 19… году в городе Бежецк Тверской области. Там жили родители моей матери, и наша семья гостила у них каждое лето. Я действительно работала массажисткой, меня действительно занимала и, как видите, продолжает занимать трудная проблема сознания, и я по-прежнему считаю, что на свете нет ничего вкусней крыжовенного варенья с батоном «Здоровье». Всё остальное про Таню Бельскую придётся рассказать теперь.
