— Барану своему сами шину наложите, — хозяйка леса указала ножом на обморочно затихшего Джо-Джо. — Теперь слушайте. Устное послание лицам, принимавшим ответственные решения и пославшим вас сюда, обрекши на верные страдания с обезноживанием и обезвоживанием, несчастными случаями и встречами с недобрыми тетками. Суть месседжа проста — не надо сюда ходить. Это бессмысленно. И опасно. Ибо, если кто-то сюда еще припрется незваным с хитрыми тактически-стратегическими планами, мы нанесем ответный визит. Без пулеметов, но с иными серьезными гостинцами. Встречающие разочарованы не будут. Обращаюсь конкретно — теперь запоминайте внимательно…
Она начала называть имена. Из двух десятков названных Алекс знал лишь четверых: одного генерала из OTJAG[4], двух сенаторов и одного политика, которому прочили недурные шансы на следующих президентских выборах.
…— в случае непонимания и продолжения недружественных действий, наши люди навестят всех перечисленных. Не в порядке алфавитного списка, а в честной лотерейной последовательности. Естественно, не лично я в гости заявлюсь, но никого не забудем. И да, это прямая и недвусмысленная угроза, — закончила леди Кольт.
— Вы бы письмо написали, у нас, наверное, бумага найдется, — подумав и осознав, предложил Микс. — Боюсь, лично я только половину этих джентльменов запомнил. А вы что, действительно нас отпустите? И со всеми пальцами?
— Вы трое стрелять не пытались, сочтем ваше появление здесь проявлением искреннего невежества. Альтернативному вашему коллеге пальцы резать — только нож пачкать. Ему ничто не поможет. Кроме того, пусть список заложников подтвердит. Допрашивать вас будут плотно и упорно, лишний свидетель не помешает.
— Я ничего не слышал, был в шоке, — поспешно прошептал увеченный Джо-Джо.
— Тогда остаешься здесь. Деревянный ошейник нацепишь и пойдешь деревенских свиней пасти — визжишь весьма доходчиво, стадо уважать будет.
— Я в шоке, не осознаю что говорю и делаю, — поправился безрукий.
— Тогда списочек быстро повтори, — приподняла изящную бровь лесная леди.
Тяжелая травма на память Джо-Джо никак не повлияла: отрапортовал быстро, правда, имя одного из обреченных высокопоставленных джентльменов повторил дважды.
— Да ты не только лихой ковбой, но и незаменимый человек-диктофон, — одобрила леди Кольт. — Все, герои, валите из нашего леса на свою помойку. До точки рандеву провожать не будем. Личное оружие забирайте, но уж без патрончиков, тут не обессудьте — нам мелкого хулиганства не надо.
Она подхватила с рюкзака лейтенантский «барракуд», качнула светлым камушком-брелком, кинула оружие хозяину:
— Семейные ценности? Одобряю. Успеха. Вспоминать-то будешь?
Она насмешливо помахала кончиками пальцев остальным спецназовцам и пошла к зарослям. Пятнистые аборигены с камней уже исчезли.
Группа двигалась через густой низкорослый ельник. Рюкзаки окончательно полегчали, только револьверные кобуры на ремнях покачивались увесисто и бессмысленно. Солдаты недоумевали:
— Следят, определенно следят, — Джо-Джо бережно нес подвязанную к груди руку и напряженно оглядывался — последнее получалось у него плохо: глаз и челюсть заплыли примерно одинаково. — Им точка эвакуации нужна. Там всех нас и порежут.
— Предлагаешь никуда не ходить, героически околеть среди елок? — проворчал Микс. — Стала бы она с тем посланием возиться, если все равно всех вырезать собралась?
— Нет, мы послание и есть — нас убивать не станут, — бодро заверил Летун, он прихрамывал через три шага на четвертый, шаманские манипуляции и чудо-трава явно пошли на пользу.
— А вдруг это тоже ловушка? Она дьявольски хитра, мы ведь чудом не отравились насмерть, — Джо-Джо с ненавистью оглянулся. — Я бы вернулся сюда с газом и напалмом.
— Если будет приказ, сюда вернутся с танками и кассетными бомбами. Но это не нам решать, — сказал лейтенант. — Нам нужно выбраться отсюда без потерь. Время еще есть, ночью и утром проверимся, нет ли «хвоста»…
Алекс знал, что проверяться бессмысленно — это местный лес, здешние разведчики если захотят, все равно проследят. Нужно ли это зеленоглазой лесной леди — вот вопрос. Она отпускает пленных, которых мгновенно сделала бомбой — пусть не убивающим, но сдерживающим оружием. Показывает, что местные много знают и готовы к войне. И это будет действеннее, чем целый десяток пропавших без вести групп спецназа.
— Она на тебя запала, лейтенант, — вдруг ухмыльнулся Микс. — «Вспоминать-то будешь?». Бабы, они везде бабы, обожают офицеров. Наверняка и про наклонности этой леди врут много лишнего. Ты мог бы стать лесным лордом, а, лейтенант?
— Нет, меня и дома обожают, — хмыкнул Алекс. — Я женат и вполне счастлив.
Группа не поняла, о чем говорила проницательная леди. Вовсе не ее будет постоянно вспоминать проваливший задание лейтенант — хотя и ее тоже… попробуй ее забудь. Но этот лес, эти звезды, черное серебро здешних вод…
