Эскадра встала на отдых и последнюю починку перед выходом в Западный Океан. На «Когте Ворона» наверняка уже вовсю готовятся к работам по вразумлению упрямого руля, остальным командам тоже есть чем заняться. Якорная стоянка там шикарная: в покое широкой глубокой лагуны, набитой непуганой рыбой и морскими черепахами. Песчаный пляж, уйма свежих орехов на пальмах, удивительно калорийные (по утверждению знающей Профессора) ящерицы длиною с локоть. Никаких хиток и прочих напастей!
Но ловить черепах и наблюдать починку руля «Ворона» оказалось не судьба. Жаловаться близнецы не собирались, позже о стоянке кораблей Кэт и остальные долинные частично расскажут, а заключительную часть и самим доведется посмотреть. Пока есть дела поважнее, и это очень хорошие дела.
Посыльные-дневальные были отпущены в увольнение «по причинам семейного характера». Напрямую команда «Молнии» не рисковала выпытывать, отчего семья благородной Леди собирается провести пару дней на не особо привлекательном острове — слух о привычке обращаться к богам в тишине и уединении вполне объяснял отъезд. (Распускать нужные сплетни Научная группа умела в совершенстве). Что ж, у каждого свои боги, а уж у Леди Медвежьей небесные покровители наверняка весьма непростые.
Камни внешней линии береговых рифов сменились песком пляжа — почти белым, рассыпчатым — раковины и сухие ветви валялись на нем причудливым узором. Ноги вспомнили как шагать по твердому, и Дики уже не покачивало. Остров расширялся, справа открылась сине-голубая, спокойная и блестящая как драгоценное зеркало лагуна, слева простирался океан — маленький парус лодки был уже едва заметен. Ходко идут, ветер хороший, попутный.
Нет, и ветер годный, и остров очень привлекательный. Одежда и сапоги высыхали мгновенно, ветерок трепал волосы, Дики заправила непослушную прядь под косынку.
— Именно, — не глядя, одобрила Мама. — Приводим себя в порядок. Пусть полумокрые, но приличные.
— Клинки надо бы смазать, — осторожно напомнила егерша.
— Чуть позже.
Мама торопилась, сдерживалась, но все равно мелькало у нее сейчас, угадывалось, нечто детское, когда «ой-ой, терпенья нет».
Дики напомнила себе, что все сложнее — у Мамы, кроме «терпенья нет», есть еще и морская болезнь, которая жутко выматывает. Тут поневоле слегка в детство начнешь впадать. Да и вообще… Нетерпенье — это правильно. У Мамы еще легкий случай, кто бы иной принарядился для такого дня, а она ничего подобного — только сорочка свежая и старинный кулон с клыком на шее вновь появился.
Показалось, что ветер донес дымок костра, егерша тут же потянула носом и определила:
— Улитки. В смысле эти… мидии. Печеные.
— Видели нас и ждут, — кивнула Мама.
Все ускорили шаг, Рич на ходу одернул рубашку сестрицы. Сам он выглядел «соответствующим моменту» — это у него, ловкача, такое давно в привычку вошло.
Вот они! За пальмами разгляделись фигуры: частью в ярких бело-алых платьях, частью рослые, а частью мелкие, но тоже очень знакомые. Мелкие с визгом кинулись навстречу гостям. Вот наверняка хотели засаду устроить, но родители не позволили. Последним оказался замечен сам «Квадро» — катамаран стоял в лагуне и идеально растворялся на пронзительной сине-голубой воде. Вот же техническая мимикрия!
Дики поставила корзину и поймала атакующего бойца — сходу племянников только по размеру и можно было различить. Младший и старший вроде бы и мастью разные, и физиономиями, а в чем-то абсолютно схожие. Петька-Пит смеялся и радостно колотил тетеньку по плечам. Его братец уже прыгал на плечах кряхтящего Рича.
— Здоровенный какой стал! — восхитилась Дики.
— А то! — заверил матерый урожденный мореплаватель. — А мы вас ждем-ждем…
Оба малых немедля перебрались на бабулю — если бабушка такая молодая и стойкая, так чего и не повиснуть всем поколеньем?
А подходили уже взрослые родичи. Дики застонала и схватилась за сердце, оценивая прически прекрасных Лотты и Раты:
— Но вот же! Вот! Коротко, изящно, интересно!
— О, боги! Но они же чуть повзрослее, — засмеялась Мамочка.
Близнецы обняли ее разом, совсем как в детстве, (просто счастье, что хоть в этом-то мир не меняется, пусть каждый раз и заново удивляешься собственному подправившемуся росту).
Выглядела слегка потерявшаяся Мамочка празднично. Собственно, весь экипаж «Квадро» был великолепен. Ну, Лотта и Белка всегда такие, а тут и братец Жо приоделся.
Дики почувствовала себя черствой и недогадливой. А ведь Мама намекала. Надо было хоть сережки в уши вдеть. С другой стороны — служба, ее никто не отменял, только на рассвете с вахты сменились. И вон — младшие катамаранные парни тоже не особо нарядны. В смысле, видимо, с утра были очень праздничные, но остров, песок и пальмы малость повлияли.
Мамочка обняла егершу и слегка встревожилась:
— А где Кэт? Ничего не случилось?
— Она в полном порядке, — заверил Рич. — Но ночью тетя Блоод должна навестить «Козу» с почтой и прочим. Так что Кэт маму подождет.
— Надеюсь, нас они не забудут, — сказала Мамочка и, наконец, прямо взглянула на свою Леди.
