…Нет, подставил руки. Боец тщательно затянул двойную петлю наручников. Надо бы сзади стянуть, но об этой детали заранее не упомянули, а опыта у Сундука по захвату агентов не то что очень много. Но куда фон Птух-Пеец денется под таким конвоем?
— Леди, я послушен и тих. У меня нет оружия, и, — прошу учесть — я не сделал абсолютно ничего предосудительного. О, mein Gott, всего лишь скрыл свое имя, но инкогнито — не такой уж большой проступок, — язвительно намекнул шпион.
— Чего такое инхогнито? — не выдержали в кубрике. Моряков там отдыхало изрядно, но до сих пор сидели как мыши. Да уж, разоблачений лазутчиков на «Молнии Нельсона» пока не случалось — изрядное событие.
— Это значит — умный он больно! — зарычала Профессор.
Горло Лоуд помять было сложно, но трепок она все равно не любила.
— Раз раскрыт — значит, не очень умный, — миролюбиво признал шпион. — Фрау Е-ка-терина, убедительно прошу прочесть письмо. Содержание послания мгновенно расставит все по своим местам. Возьмите в мешке, письмо свернуто под обивкой крышки круглого пенала. Поймите, всё совсем не так, как вы думаете.
— Я пока никак не думаю, — рявкнула Катрин. — Письмо подождет. Подождет, я сказала!
Слишком любознательный и оставшийся без дела Сундук уже поднял моряцкий мешок и потянул узел завязки.
— Брось!
…— Оставь!
…— Руки убрал, шмоньд… — хором заорали Катрин, чуткий не-шаман и догадливая Профессор.
Поздно — узел поддался…
Все стоящие рядом ослепли.
Катрин, видимо, спасло то, что в случае взрывной опасности она инстинктивно прикрывала голову. Едва ли в мешке могло скрываться подрывное устройство, но локти все равно заслонили лицо.
Вспышка магии не несет осколков и шрапнели — она практически неощутима. Но разяща. Все вокруг застонали, попадали, Катрин не стала исключением — левый глаз практически ничего не видел, работоспособность правого сохранилась процентов на пятьдесят: действительность уплывала в мутной дымке, упорно норовя уйти куда-то за плечо.
Сквозь туман можно было осознать, что Птух-Пеец без особой спешки, но целеустремленно подхватывает свой мешок. Катрин ударила ногой, пытаясь выбить так остро необходимый врагу предмет багажа, но попала лишь вскользь по бедру — если у тебя остался только полуглаз — мир сразу теряет в благожелательности к твоим действиям.
— Donnerwetter[14]! — шпион отпрыгнул, но мешок удержал.
— Стреляй! — закричала неудачливая руководительница задержания, пытаясь встать на четвереньки. — Вен, убей его!
Со зрением стало совсем неважно, Катрин все больше ориентировалась на слух. А что если вся команда ослепла⁈ Нет — короткий шелест стрелы — звук попадания, краткий хрип. Егеря Долины — недурные лучники, а Венон лучшая из скоростных стрелков на близкие дистанции, вот и сейчас не подкачала.
— Где эта кайзеровская гнида⁈
Это Лоуд орет, но из кубрика и еще лезут бойцы. А ведь гад понимал, что так и будет. В чем его цель⁈ И не упал же от стрелы, прячется, подраненный, где-то за невысокой крышкой грузового трюма…
— За люком! — крикнула Катрин, практически ощупью, на коленях двигаясь в сторону врага. — Вен, вали его!
— Он присел! Осторожнее! — отозвалась с кормы лучница.
Совсем рядом коротко хрустнуло — это гад древко стрелы обломал…
На шпиона Катрин практически наткнулась, хорошо еще, приноровилась хоть что-то видеть, выворачивая голову правой стороной вперед…
…Птух-Пеец сидел, нагнувшись к самой палубе, раскрытый мешок и обломок стрелы со знакомым пестро-алым оперением отброшен, между колен зажата круглая штуковина с короткими рычажками…
…Насколько можно было рассмотреть полуглазом, больше всего предмет напоминал образцово-показательную, этакого сувенирного качества, противотанковую мину. Хотя с какой стати: диаметр гораздо меньше, корпус вроде бы из тронутой патиной бронзы, да и рычажки управления — какие на минах рычажки? Больше похоже на оригинальную музыкальную шкатулку. Но вряд ли она сыграет «Ah, du lieber Augustin»[15]. По назначению — определенно мина…
…Катрин молча ударила кукри — шпион так же молча успел откатиться — клинок полоснул его по голени, на палубу брызнуло алым, но непонятную «мину» сукин сын не выпустил, лишь с ненавистью глянул через плечо…
Лютая вражина, конечно, этот футболист. Даже сейчас спокоен. И прыток — скользнул вдоль борта, рана с торчащим обломком стрелы чуть ниже лопатки сильно кровит, из ноги тоже хлещет, а он еще на море засматривается…
Вот это понять было трудно. Катрин была уверена, что мина (или что это за пакость?) готова в действию, так чего выжидает этот шмондюк и почему за борт смотрит? Мину оставит, сам сиганет, а там субмарина всплывет и его подберет? Да не может такого быть! Хотя, судя по поведению гада…
От дурных предчувствий и следа не осталось — их сменила абсолютно ужасная реальность. Не успеваем. Ну точно не успеваем…
— Убейте его!
Катрин осознала, что кричит это сама, метнула кукри, метя в спину в запятнанной матросской рубахе. Шпион уже взбегал по левому трапу носовой надстройки — цель лучше не придумаешь, вот если бы зрение не подвело…
