Берег изгибался — к западу или востоку, сказать трудно — наблюдения за тенями результатов не дало — тени и тени, вообще никуда они не ползут. Может это Адский остров — там по логике тоже не должно быть наблюдаемого движения небесных светил. Хотя с какой стати в Аду будут остров, водопады и столь жалкие багры на вооружении чертей? В Аду должны быть этажи, добротные раскаленные котлы, вопли мучеников. Может, это какой-то невостребованный Ад? Грешников мало, служащих распустили, котлы сняли за ненужностью? Нет, не логично. В ад только мертвецы попадают. Понятно, собственное состояние не всегда адекватно оценишь, но тут определенно умер только Горох, остальные живы и жрать хотят. Следовательно, еще вполне жива Дики-с-Медвежьей, и не в аду. Тут разведчице вспомнился миф об Орфее, свершившим смелую диверсионную вылазку в ад с целью освобождения заложницы. Но эта версия тоже была ни к селу, ни к городу — Дики явно не тянула на знаменитого певца по вокальным данным, да и в Эвридики едва ли годилась — та была взрослой замужней даркшей-дриадой. Короче, ерунда это всё.
Пока единственным бесспорным ориентиром оставался Утес. Уже было очевидно, что приметная возвышенность отделена от острова узким проливом, и до нее оставалось не так далеко. Но сам Утес был странен и пока не получалось понять, чем именно.
— Хрен его знает, что такое, — проворчала, глядя на воду у берега, разведчица. — Это течение или не течение?
Она свернула к тростнику, срезала пару стеблей.
…Течение имелось — куски тростника вполне очевидно несло вдоль берега, к проливу. Дики двинулась за «измерительными приборами»– их уносило все сильнее, а на берегу стали попадаться камни…
Странное местечко, подозрительное. Дики соблюдала повышенную осторожность, старалась не маячить на камнях и не изображать мишень. Пробиралась между обломками скал, прислушиваясь и присматриваясь. Прибой здесь рокотал отчетливее, по каменистому берегу разлетались красноватые, дрожащие хлопья пены. Пролив оказался неширок — шагов в сорок — но весьма бурен. Странные тут течения, малообъяснимые. Разведчицу отвлекал остров. Он был на треть неестественный, в смысле, искусственный. Или нельзя быть частично искусственным? Вопрос казуистический, пусть Профессор когда-нибудь его разъясняет.
Основу острова составлял корпус корабля. Опять же не «Титаник», но демонски внушительное судно. Размером с крейсер, уж точно не меньше. Когда-то вышвырнуло гиганта на скалы, вышвырнуло с жуткой силой, поставив почти вертикально. Потом в него, и в скальную естественную основу влетали корабли поскромнее — и возрастом помладше, и габаритами. Вон парусник, практически разломанный пополам, лежит на борту, в трюме буйно волнуется вода, а на сломанных мачтах еще уцелели снасти, часть хвостов канатов полощется в прибое. Гм, на такие серьезные лески можно и китов выловить. С другой стороны под «крейсер» прибило нечто металлическое. Полузатопленный корпус рассмотреть сложно, но на корме вроде бы заклепки угадываются. Баржа или сейнер? Фиг его знает, может и просто мнится — разведчица знала, что в прогрессивном судостроении, турбинах, антеннах и генераторах разбирается слабовато — это Рича тема. Останки малых лодок и баркасов на Утес набросало так и сяк, корма барки, похожей на глорскую-рыбачью, оказалась метрах в пятидесяти выше линии прибоя, там щерились гнилые доски, ниже торчало и свисало вообще что-то неопределенное, вроде бочек с балластом, но время превратило их в гигантские тинные ракушки. Да, много веков этому острову-утесу Обломков, много кораблей и лодок здесь свои жизни закончили, да наверное, не только лодки…
С низких прибрежных камней оценить общую геостратегическую обстановку было затруднительно, и месторасположение истощившегося и исчезнувшего Водопада представлялось разведчице лишь приблизительно. Но если предположить, что корабли затягивает в воронку, они шлепаются в эту акваторию и разносятся разными рукавами течения? Часть вот сюда приносит и на камни сажает? Теория дурацкая, но имеющая право на существование. Поскольку иных догадок нет.
— Ладно, я не теоретик, я мелкий практик, — самокритично пробормотала Дики и достала НАЗ.
Клевало недурно. С местом не ошиблась, все-таки опыт имелся. Под избранными камнями оказалось мелковато, вода бурлила и обдавала брызгами, но камбалка брала исправно. Имевшаяся в НАЗ леска была коротковата, приходилось удить, лежа на животе. Хвала богам, разведчица сунула в аварийный запас пару проволочных поводков на хищную рыбу. Некоторые, между прочим, бубнили: «да брось, если что случись, не за щуками охота будет, а за самым съедобным». Ага, так тут всё съедобное представлено единственным видом прожорливых харь, и зубы у них практически из оружейной стали. Леской и задницей рисковать никак нельзя…
Поймав тридцатую плоскую тварюгу (исключительно для ровного счета), Дики приколола нервную рыбешку, не подпустив челюсти к своим пальцам. Использовать нож для таких дел было жалко, но ударам камня по башке камбалки упорно не поддавались — бронированные и живучие гадины, просто шмондец.
