Но как ему удалось это сделать? Семью Юсупова охранял фамильяр, див, всего чуть уступающий по силе Иннокентию.
Дзержинский ткнул хозяина дулом маузера в шею и коротко приказал:
— Говорите.
— Кеша, — тяжело сглотнув, совсем тихо произнес Феликс Феликсович, — они забрали их. Бебе забрали. И… супругу мою. Они грозятся… Кеша, сдайся! Сдайся им!
Он дернулся, и лицо его исказилось от боли.
Иннокентий чувствовал запах его крови. Старой, засохшей. Колдун-бунтовщик, похоже, специально уже некоторое время не пытал хозяина, чтобы она не была свежей. Воля Феликса Феликсовича была сейчас довольно слабой, и Иннокентий, сосредоточившись на приоритетах громко, чтобы все слышали, произнес:
— Я сожалею, хозяин. Но я не служу преступникам и бунтовщикам. Я служу только государству. Я не могу подчиниться вашему приказу.
Князь поднял голову и посмотрел ему прямо в глаза. На миг его взгляд застыл, зрачки сузились, как у дива, и Иннокентий услышал, как быстро заколотилось его сердце. И хозяин рявкнул:
— Мне плевать на государство! Моя семья важнее. Я приказываю, сдайся. Вели остальным дивам отступить, а сам спускайся в подвал и иди в клетку, ту, что с алатырем. И встань на алатырь!
На висках хозяина выступили вены, а лицо стало таким красным, что Иннокентий подумал, что его сейчас хватит удар. Похоже, всю свою волю, всю свою силу колдун вложил в этот приказ. И Иннокентий понял, что не может не подчиниться.
Он отвернулся, вышел из кабинета и тщательно закрыл дверь на ключ.
Дивы встретили его на первом этаже. Владимир, потерявший хозяина двое суток назад, вышел вперед и посмотрел на него выжидающе.
— Глава Управления князь Юсупов приказал сдаться.
Больше он не сказал ничего. Владимир — демон, на его шее больше нет ошейника. Если он не подчинится — Иннокентий не сможет принудить его. Такого приказа ему не отдавали.
Он спустился вниз. Клеток в зале вызовов было три. Еще две, как он знал, находились на третьем этаже, но они были совсем маленькими, а в этих можно было даже стоять, если согнуться. Клетки были открыты, Иннокентий вошел в одну из них, встал в алатырь и, опустившись на колени, принялся ждать.
Ждать пришлось не очень долго. Примерно через полчаса шум и грохот наверху стихли — сражение закончилось. Что же, Иннокентий ожидал подобного. Даже если Владимир понял, что от него требуется, и организовал хоть какое-то сопротивление, у этого дива всего лишь пятый уровень. И он обычный рядовой див. Его не станут слушаться. Тем более после приказа главы Управления. Интересно, остальные разбежались, погибли или попали в плен? Зал вызовов в подвале был защищен заклинаниями, поэтому чувствовать других дивов Иннокентий не мог. Но скоро все станет понятно. Иннокентий сложил на спине руки и поднял голову, глядя на входную дверь — на лестнице, ведущей вниз, уже слышались шаги.
Хозяин. Он был с теми, кто сейчас спускался в зал вызовов.
Дверь открылась. И первым вошел колдун-мятежник. За ним конвоиры, двое солдат, ввели князя. Тот посмотрел на Иннокентия и молча опустил голову.
— Давайте, Феликс Феликсович, делайте то, зачем вы сюда пришли, — колдун толкнул хозяина в спину, — освободите своего дива.
— Сначала выполните свое обещание. Отпустите мою семью.
— Я ведь дал вам обещание. Читайте заклинание освобождения.
Хозяин повернул голову, и его разбитые губы растянулись в улыбке:
— Вы же все равно меня убьете, когда я сделаю это, ведь так? — он посмотрел мятежнику прямо в глаза. Тот взгляда не отвел. Но промолчал. А хозяин вздохнул и кивнул:
— Тогда делайте то, зачем вы меня сюда привели, Феликс Эдмундович. Я не буду брать грех на душу и отпускать демона. А уж подчинится он вам или нет, того не ведаю.
— Почему демона? Я же колдун и сразу привяжу его.
— Для меня вы не колдун. Да и человек ли… — мрачно процедил князь.
— Воля ваша, — Дзержинский пожал плечами, подошел к клетке и некоторое время рассматривал Иннокентия. А потом повернулся к хозяину.
— Душу, говорите? — он кивнул конвоирам и указал на клетку: — Сюда его.
Солдаты с явной неохотой подтащили князя к клетке.
— Не боитесь, ваша светлость, за душу? — по губам мятежника Дзержинского скользнула усмешка. Но хозяин только покачал головой:
— Меня не вышвыривали из Академии, и я сдал выпускные экзамены. А потом экзамены на среднюю и высшую категории. Мой портрет висит на стене почета в Академии. Я не боюсь дивов. А вот вам советую быть поосторожнее. Иннокентий бездарного недоучку растерзает просто из чувства собственного достоинства. Но я надеюсь, что хоть какие-то остатки чести у вас сохранились и вы не нарушите данное слово.
Князь сбросил с плеча руку конвоира, открыл дверцу и, согнувшись, вошел в клетку. И тут же один из солдат быстро захлопнул ее и повернул ключ в замочной скважине. Сжав его в кулаке, он отскочил.
А мятежный колдун вынул из кобуры маузер.
Хозяин собирался еще что-то сказать, но тут грянул выстрел. Тело покачнулось. И Иннокентий понял, что пуля ударила хозяина сзади чуть ниже шеи. Секунду тот простоял, глядя куда-то себе под ноги, а потом из его рта выплеснулся фонтанчик крови.
