На присягу ко мне приехала родители с сестрёнкой, дедуся и Алёнка. Несмотря на то, что мне с моими почти метр девяносто один выдавали двойную порцию, за прошедший месяц я изрядно похудел, сделался куда более жилистым, а рожа и кисти рук загорели до черноты. Так что она меня не сразу узнала. А узнав, повисла на шее и разревелась. Меня же, когда я обнял её, чуть не судорогой свело. Настолько я по ней соскучился…
- Невеста?- заинтересованно спросил меня сержант, дежуривший на КПП, когда она ушла.
- Да,- хмуро буркнул я.
- А ты её уже того?- глумливо поинтересовался ефрейтор, торчавший у ворот. Я развернулся к нему, зло оскалился, а потом со всего духа звезданул по углу кирпичной будки, с одного удара выбив из неё несколько кирпичей. Кулаки у меня из-за многих лет колочения по газетам были крепкими, а раствор за долгое время изрядно раскрошился…
- Ещё один такой вопрос – и следующий удар будет по твоей челюсти,- угрожающе произнёс я. После чего развернулся и двинулся к казарме. Переодеваться к присяге. А сержант с ефрейтором обладело уставились мне вслед…
После присяги с последующим праздничным обедом, нас отпустили в увольнение. С ночёвкой. Причём, Алёнке в гостинице мои родные взяли отдельный номер. Так что ночь у меня была жаркой. А с утра мы с моей любимой выглядели… э-э-э… слегка помятыми… или не слегка… но о-о-очень счастливыми.
С её поступлением в университет всё прошло хорошо. Даже не пришлось задействовать все те связи, что я так старательно выстраивал. И сильно за это волновался. Меня ж нет – как там оно всё повернётся… Но моя умница сама всё сдала. Ну да она у меня тоже чуть-чуть не дотянула до золотой медали. Получила серебряную. Впрочем, и в прошлой жизни она так же окончила школу хоть и без медалей, но всего с одной или двумя четвёрками в аттестате. А уж сейчас – с учётом наших общих занятий, в том числе не только по школьным предметам, но и по развитию памяти, выносливости и координации, результат вышел ещё лучше.
А через две недели Ил-76 уже вёз меня в Термез, в учебку ВДВ. Не знаю уж как оно было там, в другом варианте реальности, но здесь перед отправкой в Афганистан уже с этого года всё пополнение начали прогонять через учебку. То есть совсем всё, а не только сержантов и специалистов. Ну и сержантскую школу и школы специалистов – миномётчиков, сапёров, водителей, наводчиков-операторов ПТУРС, поваров, так же разместили поблизости. Скорее всего, это было сделано чтобы потом не терять времени на дополнительные акклиматизацию и подготовку под этот специфический ТВД. Не факт, что так было уже во всех родах войск, но, как минимум, в ВДВ сейчас делали именно так. Всё-таки наши части уже, считай, три года как зашли в Афган. Практически вместе со спецназом и «мусульманским батальоном».
Термез, не смотря на сентябрь, встретил нас жуткой жарой и палящим солнцем. А ещё сержантом Ковалём. Ну это понятно. Как говорят в армии – хохол без лычки, что-о-о… э-э-э… м-м-м… ну это самое, без затычки!
- Так, душары, в колонну по три становись!- рявкнул он.- Нале-во! Бего-ом-марш!
И мы побежали, уже через минуту начав задыхаться и обливаться потом. Увы, организм всего за сутки полёта, ну, с учётом пяти посадок на дозаправку и погрузку-выгрузку содержимого грузовой кабины на промежуточных аэродромах, ещё не успел перестроиться и акклиматизироваться с холодного, да к тому же неожиданного мокрого и дождливого псковского сентября на сухой и жаркий термезский.
- Шевели костылями!- взревел Коваль.- Еле ползёте…
Первую неделю в учебке мы страдали. Ну да – и я тоже. А как вы хотели? Последний раз в таком режиме я существовал дай бог памяти лет восемьдесят назад. Ну, по моему личному внутреннем календарю. К тому же физиологию никуда не денешь – резкий перескок из одного климата в другой требовал акклиматизации. Но никаких скидок на это нам никто давать не собирался. Подъём в шесть утра, форма «раз» – трусы и сапоги с портянками, полчаса зарядки под палящим солнцем, потом отправление естественных надобностей, умывание и строем с песней на завтрак. Затем занятия до обеда, обед, час сна, и занятия до шести вечера. Потом два часа сампо, ещё час физо, ужин, личное время, за которое надо помыться, потому как за день не один раз пропотел, подшить свежий подворотничок, заново начистить сапоги… ну чтобы, как гласит военная мудрость – надеть их с утра на свежую голову, а так же почитать письма из дома и от любимой девушки и написать ответ. После чего «индийский час», как наш начальник учебного центра называл вечернюю прогулку. Что такое вечерняя прогулка? А это когда почти два десятка взводов где-то полчаса маршируют по горячему после жаркого, солнечного дня асфальту, гулко вбивая в него сапоги, и во весь голос горланят строевую песню, стараясь переорать друг друга. Ну в а одиннадцать – отбой. Причём, засыпали все едва только голова касалась подушки. И в туалет я ходил дай бог раз в три-четыре дня и очень скудно. Всё съеденное переваривалось буквально в песок…
