А затем, под влиянием внезапного порыва, взяла голубой карандаш и закрасила им нижний правый угол конверта. Да, она не может использовать голубые конверты, не будучи авионерой. Но после последнего полета и сбитого авиона уж этот-то уголок она заслужила!
На неприглядного вида авиодроме их уже ждали – к приземлившемуся авиону подъехала невероятная самоходная конструкция, которую язык не поворачивался назвать мобилем. В ней сидело четверо мужчин. Взглянув на них, Ника искренне удивилась; она-то думала, что яркие камзолы и рубашки с пышными кружевными манжетами, золотые серьги и цепи и длинноствольные револьверы за поясом бывают только у пиратов на картинках в старых книгах, ну или еще на подмостках театров. Но оказалось, что настоящие пираты вполне соответствуют своим образам на страницах старинных романов.
– Погоди, – остановил Нику Тристан, когда та собралась выходить из авиона. – Пусть Берта идет первой.
Девушка с изумлением покосилась на авионера. Да, правила этикета предписывали джентльменам в незнакомых ситуациях держаться позади, но когда это рей Дор им следовал?
– Пираты могут отнестись к нам благосклоннее, если увидят свою знакомую, – пояснил Тристан, поняв причину Никиного изумления.
«Значит, про Берту – это все-таки правда!» – кивнула девушка, получив лишнее подтверждение своим догадкам, а вслух сказала:
– Или, напротив, увидят ее – и вспомнят, что она от них ушла. Кстати, а почему так получилось? – спросила она, почти не сомневаясь, что Тристан знает ответ.
– В свое время Арамантида объявила амнистию всем авионерам, покинувшим Империю, и Берта решила ею воспользоваться.
– А как она вообще оказалась среди пиратов? – продолжила жадно расспрашивать Ника, но Тристан ее уже не слушал; выбравшаяся из кабины и идущая навстречу пиратам Берта махнула им рукой, и Тристан поспешил к ней присоединиться.
Навстречу авионерам выступил мужчина с невероятной внешностью: смуглый, с золотыми серьгами в ухе и в ярко-алом тюрбане, из-под которого виднелись кудрявые черные волосы, которые их владелец зачем-то красил хной в рыжий цвет. При виде Берты он сверкнул улыбкой, продемонстрировав золотые зубы, и лениво протянул:
– Ба, какие люди! Черная Берта собственной персоной! Мы просто счастливы видеть вас в нашем скромном убежище!
Ника совершенно не поняла, издевается он или говорит серьезно.
– Я тоже счастлива, что ты еще не сдох, Шестопер, – проворчала Берта в ответ, засунув руки глубоко в карманы теплой куртки авионер.
– Форма тебе к лицу, – заметил тот, кого назвали Шестопером, и осклабился: – Неужто решила вернуться к домой? Достало, что другие бабы тобой командуют?
– Даже не надейся, – ответила Берта. – Я здесь по поводу вон того аэростата, который к вам занесло, – кивнула она в сторону спущенного желтого баллона. – Точнее, по поводу его пассажиров. Они живы?
Шестопер кивнул и прищурился.
– Вот и прекрасно. Где они? Мы их заберем и улетим.
– Погоди, не спеши! – воскликнул Шестопер. – Думаешь, мы не знаем, каких жирных птичек принесла нам буря?
Теперь прищуриваться настала очередь Берты.
– Мы хоть и живем вдали от цивилизации, но в курсе всех важных новостей. И уж кого-кого, а саму Эву лин Монро мы узнаем!
– Рада твоей осведомленности, – сухо откликнулась Берта. – Где она?
– Непревзойденная Эва лин Монро наслаждается нашим гостеприимством, – сообщил Шестопер и вздохнул. – И попутно испытывает наше терпение.
Ника едва удержалась от смешка.
– Что ты имеешь в виду? – спросила Берта.
– Она постоянно чего-нибудь требует! Причем именно требует, а не вежливо просит, как подобает любым порядочным гостям. То ей покажи, как устроены наши жабли, то предоставь ей инструменты, чтобы починить какое-то оборудование, то возьми с собой в налет, чтобы заснять все на ленту, то посади ее на жабль и покажи в действии, как корабль становится зепеллином… Она ходит по нашей базе, сует везде нос и возмущается, если что-то идет не так, как она хочет. А уж когда наша дорогая гостья слышит отказ – о, тут начинается такой скандал! – Шестопер растерянно покачал головой. – Давненько я не слышал таких изысканных оскорблений!
«Что это за жабли такие?» – задумалась Ника и решила, что, возможно, так называются пиратские корабли.
– Что ж, буду рада избавить тебя от этой обузы, – сухо улыбнулась Берта. – И даже не потребую с тебя компенсации.
– Э, помедленнее, дорогуша! – возразил Шестопер. – Пускай эта актрисочка нас изрядно раздражает, но какой бы она ни была занозой, мы не можем просто так отпустить наших
Берта скрестила руки на груди и нахмурилась, но тут вперед выступил Тристан.
– Значит, все-таки она пленница, а не гостья? – уточнил он.
Ника покачала головой. Все это звучало слишком невероятно! Пираты захватывают людей в плен только в бульварных романах да в синема-лентах, в которых снимаются актрисы вроде мадам лин Морно… Какая ирония, что именно с ней это произошло по-настоящему!
