Вернувшись из пещеры, я подошел к самому краю каменистого плато, но ничего нового не увидел: передо мной во все стороны простирались джунгли – сплошной зеленый купол густой листвы, ничем не потревоженной и, как всегда, окутанной дымкой испарений. Казалось, я должен был испытать некоторое облегчение, наконец оказавшись
Вернулись Артур и Билл, произведя короткую разведку. Они сообщили, что нашли в скальной породе старое темное кострище, формой напоминающее звезду. Давно погасший костер Эдгара почти не заинтересовал – все его внимание было приковано к самой пещере. Именно поэтому он предложил мне вместе с ним совершить короткий разведывательный бросок в ее глубины, чтобы прикинуть, насколько она велика, и убедиться, не служит ли она убежищем для каких-нибудь опасных существ, от которых на ночь придется обеспечить себе защиту.
Я вооружился мачете, Эдгар пристегнул к ремню кобуру с пистолетом, и мы шагнули во тьму. Чем глубже мы спускались по ровному пологому «полу» пещеры, тем холоднее становилось. Температура здесь падала так быстро, что очень скоро я начал дрожать в своей промокшей от пота рубашке. Каждый раз, как мы останавливались, отчетливо слышался мерный плеск капель, стекавших со свода пещеры в лужи на полу. А временами откуда-то наплывал странный, кисловатый, какой-то химический запах, постепенно становившийся все более сильным, и мне оказалось довольно трудно отбросить подозрения, что некая тварь, вроде нарисованной Семперсоном, находится совсем рядом, буквально в нескольких дюймах от нас, скрываясь в почти непроницаемой тьме. Наше оружие, подумал я, скорее всего, окажется бесполезным в схватке с невидимыми врагами.
Нас по-прежнему окутывала тьма, но было ясно, что мы находимся в зале поистине невероятных размеров. Во всяком случае, эхо, отдававшееся от его боковых стен, было примерно таким, какое можно услышать в очень большом и очень пустом соборе, а вот от стены, находившейся где-то перед нами, звуки не отражались. В моем воображении тут же возникли деревья, растущие над нами, и я подумал, что было бы вполне справедливо назвать эту пещеру входом в подземный мир.
Мы находились в пещере уже минут пятнадцать, и Эдгар сказал, что нам, наверное, стоит поберечь силы для завтрашних исследований. Мы повернули обратно, и когда наконец впереди в бескрайней тьме сверкнула одна-единственная капля зеленого света, на фоне которой двигались крошечные фигурки, у меня возникло жутковатое ощущение, что передо мной весь наш мир в своем единстве, а я смотрю на него откуда-то с луны.
Мы вышли навстречу свету дня и сразу увидели Билла, державшего в руках сломанный заступ с погнутым ржавым лезвием. Оказалось, что они с Артуром нашли еще и примитивный крест, но подлесок там был настолько густой, что его сначала придется расчистить, прежде чем станет ясно, где именно искать могилу, если там, конечно, и впрямь чья-то могила.
Эдгар объявил, что утром мы с Биллом будем заниматься расчисткой пути к предполагаемой могиле, а они с Артуром продолжат обследование пещеры и попытаются пройти немного дальше. Потом он предложил нам разбить лагерь прямо на этой скале, и его слова были встречены всеобщим молчанием. Видимо, не только я чувствовал себя не в своей тарелке, находясь рядом с этой пещерой. Билл сказал, что лучше бы нам устроиться на ночлег на поляне, которую мы миновали минут за двадцать до того, как вышли к пещере, но Эдгар не согласился. Он сказал, что если на нас ночью вздумает кто-то напасть, то он лично предпочел бы видеть, как этот предполагаемый противник пересечет открытое пространство в сотню ярдов, а не свалится нам на голову из гущи нависающих ветвей. Развязав рюкзак, Эдгар вытащил свой кусок парусины, колышки и москитную сетку, и тема была закрыта. Мы, правда, чуть отошли от пещеры к деревьям – там было легче подыскать ветви и камни для крепежных веревок и поставить палатки.
После того как укрытия были установлены, мы с Биллом развели костер и ощипали и поджарили какую-то странную, не умеющую летать, но довольно большую птицу, еще прошлой ночью угодившую в наши силки. Мяса на костях оказалось маловато, но оно было удивительно вкусным, несмотря на сильный привкус аниса, надолго потом застрявший во рту. Жаркое мы заели несколькими кусками мятного кекса с жидким кофе и выпили каждый по два глотка десятилетнего виски «Глентуррет», которое Артур специально так долго тащил, завернув в одеяло, на дне рюкзака, чтобы отпраздновать достижение основной цели нашего путешествия.
