Алик нашли через два дня. Он застрелился из именного пистолета, которым был награжден Главкомом за отличные стрельбы с применением нового ракетного оружия. Ребята проводили и помянули Алика, как смогли. В редакции. Алик ушел без дома, без семьи, без дела, которому был готов служить. Его здесь больше ничего не держало. Гадали, что же стало последней каплей. Его жизненный оптимизм редко позволял заглянуть в его душу.
Прошел почти год, прежде чем мы узнали, что дочь Алика, покончила с собой в тот же день, когда погиб и Алик. Случилось это на чужбине. Лиза погибла, выбросившись с четвертого этажа третьеразрядного отеля. Вот это, по-видимому, и было последней каплей. Его сердце получило сигнал бедствия. Пропал смысл жизни.
Начиналось все как обычно. Новая метла. Борьба с пьянством. Вроде, дело хорошее. Потом стали понимать — не очень. Борьба с пьяницами, а страдают все. Дальше — больше. Карточки на водку? Что-то новенькое. Театрализованная постановка ГКЧП. Танки в Москве. Новый вождь на танке. Эффектно. Огромный триколор на Охотном ряду. Красиво. Свобода! Вроде все хорошо, но какой-то нехороший привкус. Свержение надоевшего Горбачева. Ура! Роспуск Советского Союза? Что-то здесь не так. Ну, это уж слишком.
Новое противостояние. Опять танки, но уже не для декорации. Белый дом в огне. Никакого порядка. Бардак, одним словом. Бардак пошел по стране. Причем, не только в переносном смысле.
И все это на фоне: «Да здравствует свобода и демократия!» Гражданам новой страны от имени государства раздали билетики с нерусским названием «ваучер», удостоверяющие право на владение некой частью богатств страны. Многие доверчивые граждане, испорченные коммунистической идеологией, немедля последовали за новыми призывами: «Все на ниву предпринимательства!», «Вложи свой ваучер и обогащайся!», «Все в эМэМэМ!» и все такое. От домохозяек до младших научных сотрудников — только и разговоров, что про регистрации безответственных товариществ, да про акции с дивидендами.
Короче, зуд пошел по стране. Срочно нужно что-то предпринимать. Потому как случилась демократия и свобода. И деньги можно грести лопатами, если не зевать. А кто не успел, тот опоздал. Опять останешься ни с чем.
Вот при таком общественно социальном климате некий отставной подполковник с высшим инженерным образованием решил по привычке следовать указаниям сверху несмотря на новые, явно не наши названия этих верхов — президент, парламент, премьер, администрация, мэр и т. п.
Все свое выходное пособие, полученное за тридцать пять лет безупречной службы, отставной подполковник решил вложить в недвижимость. На окраине одной из деревенек в средней доступности от города ему удалось прикупить двадцать соток землицы с домом и амбаром. Дом старый деревянный, но еще крепкий. И амбар добротный. Вот и стал он думать, что же дальше с этим добром делать. У нас, на Руси так принято — сначала что-то сделают, а потом уж думают — для чего бы сделанное приспособить.
А поскольку отставной подполковник был привычен к рыбалке и охоте (ибо там, где ему служить довелось, другие виды развлечений отсутствовали), то он решил свое недвижимое приобретение приспособить под «Дом охотников и рыбаков». Тем более, что окрестные места вполне к этому располагали. Лес, речка живописная и пруд с карасями — все почти рядом. Вычистил амбар, сколотил нехитрую мебель, прикупил по случаю простейшие блага цивилизации — холодильник, телевизор. Дал объявление в прессе и приготовился к встрече. Гости не замедлили себя ждать. Однако совсем не те, которых он ждал.
Прикатили: участковый милиционер, представившийся Простаковым Николаем Николаевичем, лесник Петрович и еще представитель какой-то администрации. Все трое требовали у подполковника денег. За что, он не понял. «Так положено» — дружно отвечали официальные представители своих ведомств. Денег у отставника уже не осталось, но удалось договориться «по бартеру». То есть, если кому из нужных людей захочется испытать лесной экзотики с шашлыками и ночевкой, то он обязуется их обслужить. Да еще пришлось подготовить бумаги на регистрацию «Общества с ограниченной ответственностью». Кроме того, участковый предложил войти в долю — обязался соорудить баньку и реставрировать туалет. Плюс обеспечить «крышей» (новое понятие, широко вошедшее в употребление на ниве российской рыночной экономики). И все за каких-то десять учредительских процентов.
И ООО «Дом охрыб» заработал. Приезжали люди, пили водку. Некоторые ходили на рыбалку. Кто привозил ружье, палил из него в лесу по чем попало.
В общем, все путем. Жизнь забурлила. Дохода, правда, никакого, зато весело. С учетом пенсии на жизнь хватало. В нашем случае, если навар кому и доставался, то коту. От умиротворенных рыбаков.