Крылатый лев полностью

– Да будто есть у тебя этот досуг-то! – махнул рукой Берлан и обратился к нам с Вишней. – Знаете, как она живет? В пять утра встала, ПДО проверила, дворников построила, в столовую забежала, чтоб посмотреть, как супы-каши варятся. В школу заглянула, в рудники спустилась, на поля поскакала… Целыми днями носится в заботах, присесть некогда. Домой вечерком вернется – и давай вязать. Нервы, говорит, успокаивает.

Тереза усмехнулась:

– Так я ж хозяйка, а хозяйство у меня большое. Дел хватает: кто ссорится – надо рассудить, кто женится – поздравить. Где поругаю, где приласкаю, где к работе руку приложу – то сошью чего, то забор покрашу… – она кинула в взгляд на Пиону, что восседала поодаль на высоком венском стуле, глядела в окно и молчала как рыба. – А ты думала, красотка, что жизнь гномьей Королевы – сладкий мед? Так чтобы мед добыть, нужно в дупло к пчелам слазить! А морда распухнет – жизнь медом не покажется… Так что рада я, что ухожу на покой! Хватит, наработалась, – неожиданно завершила она и звонко каблуком топнула.

– Подожди, куда это ты собралась? – обеспокоенно сдвинул брови Берлан. – Новой королевы пока нет!

– Как это – нет? А Вишня? Чем не королева? Явилась сюда с чистыми помыслами. Язык гномий знает. Всем хороша!

– Что вы, я не могу! – испуганно пробормотала Вишня. Она сидела рядом со мной на низеньком диване, я крепко держал ее за руку, чтобы снова не потерять, и по легкой дрожи в тоненьких пальцах чувствовал, как она волнуется.

– Как это – не можешь? Надо! – назидательно проговорила Тереза.

– Нет, я должна в город вернуться. У меня там родители, сестренки…

– И что же? У меня, может, тоже родня за горами имеется? Я же осталась!

– Нет-нет… Я не готова.

«Сейчас придется отбивать Вишню у этих настойчивых товарищей», – огорчился я, и уже начал подбирать веские аргументы, как Берлан, глубоко вздохнув, ласково похлопал Терезу по пухлой ладони.

– Тереза, не надо, не настаивай. Не хочет – так и ладно. Ты молодая, поцарствуешь еще. Тебе ж самой без этого скучно будет! – и посмотрел на Вишню. – Насильно мы никого в королевах не держим. Не тревожься.

Лицо Вишни просветлело, она расслабилась, заулыбалась, пробормотав короткое «спасибо».

Берлан обернулся к Пионе:

– Да и ты, красавица, в королевы уже, полагаю, не рвешься? Ты же думала, мы все тут по алмазам ходим, на шляпы изумруды нашиваем, с золотых тарелок едим. А тут никаких изумрудов, только тоска зеленая. Так?

Пиона ничего не ответила, только ресницы черные, метровые, опустила, и я снова поразился, как мне могла нравиться эта фарфоровая кукла. Я даже красоты в ней теперь не видел! Ну да, глаза огромные, как светильники на бульваре. Губы пухлые, красные, точно клубникой измазанные. Белые волосы взбиты пышно, как сливочный крем. Не красота, а сплошные излишества.

Не к месту вспомнив, что очаровательная блондинка стащила карту, спалила дерево-ориентир и помогла Колдуну заманить нас в лес-чертополох, я не удержался, сказал сумрачно:

– В Городе берлог богатства больше, чем в Гномьей слободке. И платья там красивые выдают. Что же ты туда не полезла?

– Да бывала я там с Колдуном, ничего интересного, только время потеряла. А то бы успела сюда до вас! – с досадой фыркнула Пиона и отвернулась. Лимонная лисица соскочила с ее колен, прикрытых вуалью белого, как у невесты, платья.

– Да ты, вижу, наряжаться любишь! – прищурилась Тереза. – Так мы организуем! Столько будет платьев – ух, завались! Выбирай да выбирай, – и сказала Берлану: – Помнишь, мы швейный магазинчик на окраине открыли? Так швея-мастерица там задыхается: заказов, говорит, много, днем и ночью шью. Помощница нужна. Вот эта феечка и сгодится!

– Я не умею шить! – злобно выкрикнула Пиона.

– Так тебя в швеи никто и не определяет, – Тереза прошлась по комнате, миролюбиво потрепала Пиону по плечу, та брезгливо дернулась. – Сначала учиться нужно! Первое время никто кафтаны кроить не заставит. А воротничок пришпилить, кружево или манжетки – это дело нехитрое, научишься. Не шляпы, чай, мастерить! – Тереза сняла ненаглядное соломенное великолепие и, полюбовавшись розочками, снова водрузила его на волосы-пружинки.

– Не буду я ничего делать! Домой меня отправьте! – скомандовала Пиона и вскочила. Но Берлан положил руки на плечи, и она тут же опустилась на стул. Мы с Вишней переглянулись – помнили, какая мощь таится в этих сухоньких гномьих ладошках.

– Домой?! Ну ты даешь! – Тереза расхохоталась белозубо, звонко и заразительно. – Если бы это было так просто, я, может, тоже через месяц в Синегорье бегала. И вообще, дорогая, ты с подлыми мыслями к нам явилась, обманом дорогу прокладывала. Так что извини, но ты в плену.

– В каком еще плену! А эти – что, законно к вам попали? – Пиона раздраженно ткнула пальцем в нашу сторону. Вишня дернулась, хотела что-то ответить, но я сжал ее ладонь, и она промолчала.