— Ничуть, — хмуро ответил более старший. Но опустил голову, снова вздохнул. — Малыш, я хотел бы всё изменить…
— Да брось, отец, пустое это, — помолчал. — Как там мои братья?
— Осваивают новые игрушки, — усмехнулся старший.
— И как?
— Ворчат и стенают, но справляются.
— Молодцы. Я уж и не надеялся, что эти недоумки повзрослеют однажды.
— Да брось, сын! Они до смертного одра взрослыми не станут.
— Да и пусть. Мне даже жаль порой, что я детство растерял.
— Ну, отцу-то родному не ври! Растерял он, как же…
— Жизнь заставляетвзрослеть.
Старший толькофыркнул, прекрасно зная, что во всех его «давно взрослых» сыновьях дети просто бессмертны.
Двое было совершенно разными и только что-то неуловимое говорило, что рядом сейчас сидели отец и сын.
— Ты не оставляй малого только, пап. А то мало ли…
— Не оставлю, — ответил старший, поймав ребёнка и подняв его на руки. — И тебя не оставлю, как бы ты ни сопротивлялся, сын.
— Да полно тебе! Я слишком давно вырос…
— Ну-ну…
…— Ирдес!
— Да, мама?
Она вошла в мою комнату и упёрла в бока сжатые кулаки. Нас с Ваном уже четыре дня как забрали домой.
— Ты кто такой и куда ты дел моего сына?! — грозно вопросила моя дорогая мать.
— Я не понимаю о чём ты, мамочка.
— Ирдес, — мать села рядом со мной на диван, я закрыл ноут на коленях. — Что с тобой случилось?
— Ничего, мамочка.
— Сын! Сейчас же перестань меня злить! В чём причина твоего поведения?!
— Какого поведения, мам?
Мама скрипнула зубами и подняла очи к потолку, видимо, считая про себя до десяти.
— Какого… почему ты выполняешь без малейшего возражения всё что я скажу? Почему ты перестал со мной спорить, высказывать и отстаивать своё мнение, сын?
— Ты действительно хочешь это знать, мама?
— Действительно! Я хочу знать куда делся мой непокорный, сумасшедший сын, для которого безумные выходки — стиль жизни!
Я вздохнул. Честное слово, мне до невозможности тяжело было быть нормальным!
— Когда мы с Ваном… ну, тогда, когда нас приковали к алтарю… когда уже думал, что мне конец… Я пообещал, если выживу, никогда тебе не перечить.
Мама с минуту молчала, потом посмотрела в глаза.
— А теперь забудь об этом обещании, тебе ясно?!
— Ясно, мама!
— Ничего тебе не ясно, сын мой Младший Наследник! А теперь брысь из дома и чтобы я тебя не видела, пока в себя не придёшь!
— Будет исполнено, мать моя Императрица!
Вскочив, я вылетел из комнаты как ошпаренный, едва успев прыгнуть в ботинки и ухватить браслет. Прыгая на одной ноге и затягивая шнуровку, я нос к носу столкнулся с занятым тем же самым Ваном.
— А ты куда? — поинтересовался эльф.
— Мама выгнала! — радостно сообщил я. — Сказала, чтобы пока в себя не приду, не появлялся!
— А меня дед! — не менее радостно сказал Ван. — Ты понимаешь, что это значит?!
— Да-а! Гитара, дикий берег, костёр и к демонам цивилизацию!
— Да здравствует дикий берег! Звони Легенде, а я Маньякам и Кисе!
— Куда без меня?! — Шон поймал нас обоих за вороты. — В этот раз я с вами, младшие братишки!
— Догони для начала!
Вырвавшись из крепкой хватки, я прыгнул через двенадцать ступенек сразу, Ван через мгновенье прыгнул на две ступеньки ниже и мы помчались прочь из дома…
…— Ветер!
— Ась?
— Не ходи с нами, мы тебя плохому научим!
— Хе-хе! И чему это плохому меня могут два ребёнка научить?!
— Мы — петь всю ночь под луной у костра под гитару!
— А Сказочник — пить всю ночь под луной у костра под гитару!
— Это, малыши, я умел ещё когда ваших пращуров в проекте не было!
— Ты такой старый?! Ну ладно, дедулька, мы тебя предупредили!
— Щас кто-то за «дедульку» получит ремня!
— Поймай!..
…— Слушай, Ван! Ты ж недоучка?!
— Ты за языком-то следи! Я «не закончивший обучения».
— Непринципиально, светлый! Мне к концу лета поступать в Тёмную Академию в человеческих землях, а потом обратно в Империю тоже на учёбу. Пошли со мной, а?!
Эльф поперхнулся и заржал.
— Светлый в Тёмной Академии?! А-ха-ха, круче этого только эльф Рыцарь Тьмы!
— А ты хочешь?!
— Не тупи, а?!..
