— Может, мне тоже нужны деньги, — возразил Ланс, поворачиваясь к Саре. Определенно, она занимала его внимание куда больше коллег. Высокий лоб исчерчен морщинами, пальцы, сцепленные в замок, слегка подрагивают. — Либо я тоже найду здесь источник вдохновения. Или ваша причина остаться покажется мне веской. Почему вы здесь, Сара?
— Во-первых, мне интересно, — призналась она, задумавшись. — Знаете, Ланс, я всегда была очень рациональным человеком. Каждому невероятному событию могла найти разумное объяснение. Но не здесь, не в Либеморте. Здесь нарушаются законы мироздания, и я бы хотела понять — почему?
— А во-вторых?
— Кто-то же должен проследить за девочками, — сухо ответила Сара. — Они не могут отсюда уйти. А ведь они не выбирали свою судьбу и ни в чем не виноваты.
— Девочки подрались! — выпалила Петра, ввалившись в кабинет. — Пойдемте! Надо разобраться, в чем дело!
— Клэр? — взволнованно уточнила Сара, поднимаясь со стула.
— Нет, как раз ее там не было. Трое девочек побили Ванессу в спортзале. Дамы, скорее! А вы… — Петра задумчиво посмотрела на сидящего в ее кресле Ланса, — знаете, вам лучше туда не соваться. На сегодня можете быть свободны.
Все три учительницы выскочили из кабинета, Ланс не спеша последовал за ними, а Петра, дождавшись, когда он выйдет, закрыла замок и подергала ручку, проверяя.
— Сегодня весь день такая рассеянная, — пояснила она Лансу, кокетливо улыбнувшись, — ветреная…
— Уверены, что моя помощь не нужна? — спросил он.
Но Петра лишь махнула ему пухлой ручкой, обвитой змейкой часов, и быстро пошла за коллегами, цокая каблучками.
22.
Тиль спускалась следом за Клэр по винтовой лестнице, ведущей в библиотеку, иногда касаясь пальцами гладко отполированных деревянных перил. Выщербленные ступени вели все ниже, и свет от старомодных кованых ламп, висящих на цепях, едва справлялся с тьмой.
Библиотека находилась в центральной, самой старой части пансиона. На стенах вдоль лестницы еще сохранились полустертые фрески, а под потолком — лепнина. Клэр толкнула тяжелую деревянную дверь, и та с тихим скрипом отворилась.
За широким столом, справа от входа, вязала пожилая женщина. Она слегка покачивалась в кресле-качалке, сидя прямо, не касаясь спинки. Круглые очки сползли на кончик носа, спицы монотонно стучали друг о друга, а голубая шерстяная нить спускалась и пряталась под столом. Наверняка, клубок лежит в корзинке — подумалось Тиль, такой правильной выглядела эта картина: и женщина, седые волосы которой были собраны в тугой узел на макушке, и вязание, и книги, сложенные в неровную стопку. Под столом должна быть корзинка с клубками, разноцветными и мягкими, как цыплята.
— Добрый день, — сказала Клэр с неожиданной робостью, и Тиль вспомнила, что именно здесь девушка обычно отбывает наказания за проступки. — Нам нужны учебники для новенькой.
— Здравствуйте, — сказала Тиль.
— Если хотите, выберите пока что-нибудь почитать, — предложила библиотекарь, не удостоив их и взгляда. Спицы мерно стучали, убаюкивая.
Кивнув, Тиль подошла к рядам шкафов, высившихся до самого потолка, провела кончиками пальцев по книжным корешкам с полустертыми названиями.
— Потрясающе, — выдохнула она. — Клэр, здесь столько старинных книг!
Дернувшись, она обернулась на резкий стук, встретилась взглядом с библиотекаршей, которая недовольно смотрела на нее поверх очков.
— Тишина, — сурово сказала та, и Тиль послушно кивнула, чувствуя себя нерадивой школьницей.
Клэр тягалась за ней следом, вздыхая и переминаясь с ноги на ногу, когда Тиль слишком задерживалась у очередной книги. В конце зала прятался стол, за которым, окруженная теплым коконом электрического света, сидела девочка. Она иногда заглядывала в книгу с пожелтевшими от времени страницами, а потом прилежно писала в тетрадке. Пальцы на руках у нее были перемазаны чернилами, а кончик ручки — нещадно изгрызен.
— Ее за что-то наказали, — свистящим шепотом произнесла Клэр ей на ухо. — Пойдем отсюда, а?
Тиль кивнула, бросив последний взгляд на девочку. Та склонила голову над книгой, так что стал виден тонкий пробор, плечики поднялись и опустились от горестного вздоха. Прикусив ручку, она прочитала очередное слово, шевеля губами, и вернулась к тетрадке.
На столе их уже ждала ровная стопка учебников, а библиотекарша снова уткнулась в вязание.
— Ничего не выбрала? — спросила она.
— Возьму вот эту, — ответила Тиль, взяв верхнюю книгу из тех, что лежали на столе. Она протянула ее библиотекарше, но та лишь кивнула. — Вы не будете записывать?
— Я запомню, — ответила женщина. — Две недели на прочтение, и, будь любезна, обращайся с книгой бережно.
Клэр уже сгребла учебники и шагнула к двери, и Тиль пошла следом. У выхода она обернулась, окинув взглядом библиотеку еще раз: книжные шкафы, стертые ковры на полу, голубое вязание со сложным рисунком, в котором выпуклые косы то распадались, то сплетались снова, свет, струящийся из дальнего конца помещения, где корпела над заданием провинившаяся ученица.
— Да пойдем уже, — сердито буркнула Клэр, и Тиль словно вынырнула из забытья.
