— Ты был прав насчет ведьмы, — сказала Тиль. — Она у нас с выдумкой. Фантомные змеи — не видела такого раньше. Интересно, они бы тебя отравили? Задушили? Выбросили из окна? И ведь она знала, что ты пойдешь его открывать! Она изучила нас слишком хорошо!
— Бьюсь об заклад, с тобой ее ждет большой сюрприз, — Ланс обнял Тиль за плечи, но она сбросила его руку. — Давай я сделаю тебе кофе, как и собирался.
Ошметки горелой ткани, разбросанные по полу, сворачивались в черные комки гари, рассыпались и таяли, не оставляя следов, но запах будто стал еще сильнее.
— Ладно, — проворчала Тиль. — Только я выпью его не здесь. Пойдем, покажу тебе одно место, откуда этот пансион кажется терпимым.
Ланс прихватил из шкафа две чашки и пошел к Тиль, которая ждала его у порога.
— Мне показала его Клэр, — добавила она.
43.
В тени башенок на крыше еще сохранилась ночная прохлада, и крупные как улитки капли споро сползали по стенкам, собираясь в лужицы. Тиль села на парапет, свесив ноги вниз, а Ланс осторожно присел рядом, протянул Тиль дымящуюся чашку.
— Здесь красиво, — признал он. — Много воздуха, море повсюду… Матильда, я помню насчет утренней тишины. Но, мне кажется, нам есть что обсудить.
— Мы с тобой отвратительная команда, — сказала Тиль, отпивая глоток.
— Как детективы — возможно, — вздохнул Ланс. — Но как пара мы подходим друг другу идеально.
Тиль с сарказмом на него посмотрела, но Ланс лишь ухмыльнулся и поцеловал ее в плечо.
— Давай хотя бы попытаемся определить, что мы имеем, — сказала Тиль, дернув плечиком.
— Составим список? — улыбнулся он.
— Думаю, ведьма не носит каблуки, — сказала Тиль.
— Неожиданно, — озадаченно произнес Ланс.
— Когда мы сидели в шкафу, и ты едва не бился в истерике, Петра с кем-то разговаривала. Та женщина очень возмущалась, что директриса взяла тебя на работу. Разговаривала с ней свысока, укоряла, будто бы имела на это право. Возможно, она и есть тот спонсор, который оплачивает пребывание девочек в пансионе. И, думаю, она и была нашей ведьмой. Ее шагов не было слышно. Она не носит каблуков.
— Тогда вычеркиваем из подозреваемых Селену, — кивнул Ланс.
— И все? — разочарованно спросила Тиль.
— Руби носит кеды, Сара — туфли на плоском ходу. Еще медсестра под вопросом. У нее белые лодочки, похожие на те, что были на тебе в нашу первую встречу, каблук невысокий, но может цокать..
— А библиотекарша? — напомнила Тиль. — Она едва ноги переставляет. Тут уж не до каблуков.
— Мы выяснили что она не ведьма.
— А вдруг ведьме кто-то помогает, — предположила Тиль. — Библиотекарша носит книгу с темной магией, она явно замешана. Может, тут целая команда. Может, все они участники заговора.
— Помогают ведьме создать новый Орден? Или, вернее, Ковен? — Ланс почесал подбородок, отпил из своей чашки. — Думаю, мне стоит поговорить с Селеной. Если она была дружна с покойной Вивиан, которая никак не упокоится, то может что-то знать.
— Возьми с собой перстень, — Тиль протянула ему руку, на среднем пальце которой блестел серебряный ободок с овальной нашлепкой. — Если бы змеи тебя укусили, ты мог бы умереть.
— Мы решили, что Селена не ведьма, — улыбнулся Ланс. — Мне ничего не угрожает. К тому же мне нравится, что ты носишь мое кольцо.
— Селена могла и переобуться, — вздохнула Тиль, — так что уверенности никакой. И как ведьма смогла собрать здесь столько девочек с магическими способностями? Их просто не должно быть! Это какая-то аномалия!
Ланс выпил еще кофе, нахмурился, будто вспомнив что-то неприятное.
— Первый маг родился в союзе анаэта и человека. Если анаэта беременеет только по любви, то, может, в этом и секрет? Маг рождается, когда его родители любят друг друга? По какой-то причине на земле произошла вспышка любви, так что родилось много магов?
Едва не выронив чашку, Тиль вздрогнула, и Ланс схватил ее за руку.
— Не забывай, что у тебя нет крыльев, — проворчал он. — Если ты свалишься с крыши, мало не покажется. Я не целитель и не умею сращивать сломанные кости.
— Зато я умею, — буркнула Тиль, тем не менее вставая с парапета. — И у меня высокие способности к регенерации.
— Так отрасти свои крылья заново, — безмятежно посоветовал Ланс, допивая кофе.
— И куда я с ними денусь, — обманчиво равнодушно ответила Тиль. — Буду в цирке выступать, вместе с Ульрихом?
— Я сделаю тебе отличный маскировочный артефакт, — пообещал колдун. — Сможешь хоть на пляже с крыльями щеголять, никто ничего не увидит. Ты все равно не такая как все, хоть с крыльями, хоть без, и, отрицая свою природу, ты делаешь только хуже.
— Ланс, отстань уже, — попросила Тиль. — Откуда ты нахватался этой доморощенной мудрости? Беседы с психологом не прошли даром?
Ланс тоже поднялся с парапета, встал вплотную к Тиль, обняв ее за талию.
— Просто выбирайся уже из своей могилы, Матильда, — сказал он. — Открываться людям страшно, но прожить еще сотни лет вот так, добровольно себя замуровав, — еще страшнее.
***
