Клэр шла по пустому коридору, вертя в пальцах старую зажигалку. За дверями комнат иногда раздавались голоса, девочки просыпались, чтобы прожить еще один никчемный день. Но для нее началась новая жизнь, манящая обещанием счастья и свободы. На груди висел кулон из двух серебряных крыльев, который она забрала из багажника Ланса. За ночь она успела убедить себя, что Ланс только порадуется, что кулон оказался у нее. Он собирался подарить его кому-то другому, но это было еще до того, как он познакомился с Клэр, посмотрел ей в глаза, увидел родственную душу, а перед этим запал на броскую красоту. Клэр самодовольно улыбнулась. Она еще не переоделась на занятия, и казенная сорочка обтягивала спелую грудь, которая как будто еще выросла за эту ночь. На смуглой коже серебряный кулон смотрелся особенно выигрышно. Вот только разношенные кроссовки, в которые она сунула ноги, даже не завязав шнурки, портили вид.
А может заявиться к Лансу прямо сейчас? Пробраться в его комнату, разбудить поцелуем… Уродские кроссовки она скинет в прихожей, а Матильде соврет, что ее вызывает директриса.
Клэр покусала губы, пощелкала зажигалкой, высекая огонь, улыбнулась. Со вчерашнего дня ее переполняла уверенность в своих силах, энергия кипела в каждой клеточке тела, бурлила в горячей крови, требовала выхода.
Вот только курить хотелось так, что хоть плачь.
Клэр прошла через душевые, открыла дверь в кладовку, глянула в прямоугольное отверстие в потолке, где светлело небо. Странно. Вроде бы она закрывала дверь. Взявшись за перекладину, Клэр медленно поднялась по приставной лестнице, выглянула наружу, и сердце ее сразу забилось быстрее.
Там был Ланс. Темные брюки, белая рубашка, рыжеватые волосы блестят на солнце, как шерсть здорового животного. Тиль стояла рядом — тонкая, хрупкая, глаза опущены в пол. Наверное, она отправилась на крышу, а дядя проследил за ней и сейчас отчитывает!
Клэр быстро поднялась по лестнице и юркнула за башенку, прижалась к ней спиной.
— Это очень эгоистично с твоей стороны, — сказал Ланс.
Точно, она пошла на крышу, не спросив его разрешения.
— Это касается только меня! Не лезь не в свое дело!
А Тиль с норовом! Клэр ухмыльнулась. У них с дядей отношения так себе, тем лучше.
— Мое, — рявкнул он. — Ты значишь для меня больше, чем можешь предположить! Ты — самое прекрасное, что есть в моей жизни!
Клэр скуксилась, прикусила губу. Похоже, он может не согласиться оставить племянницу здесь одну. Она выглянула из-за башенки. Ланс обнимал Тиль, а та положила ладони ему на грудь. На узкой кисти блеснул перстень, который раньше носил преподаватель. А он смотрел только на Тиль, и глаза его мягко светились, словно отражая утренний свет. Клэр вдруг стало тяжело дышать, она схватилась за кулон, сжала его так сильно, что он впился в ладонь до крови. Ланс обхватил пальцами подбородок Тиль, приподнимая ее лицо к себе, склонился, и Клэр вышла из-за башенки.
— Вот как, значит, — произнесла она и сама не узнала низкий голос, вырвавшийся из ее горла.
— Клэр? — удивился Ланс. — Что ты тут делаешь?
— Ищу окурок, — призналась она откровенно и засмеялась. — Какой контраст, да? Она такая вся распрекрасная, а я собираю окурки по крышам.
Клэр глянула под ноги и, довольно воскликнув, подняла сигаретный пенек. Распрямив его в пальцах и отряхнув, сунула в рот. Кончик окурка вспыхнул алым еще до того, как она поднесла зажигалку, и Клэр глубоко затянулась.
— Выходит, вы вместе, — кивнула она, выпустив дым и бросив ненужную зажигалку на крышу. — А я снова никому не нужна.
— Клэр, — мягко окликнула ее Тиль. — Ты очень красивая девушка и наверняка…
— Заткнись! — оборвала ее Клэр, и дорожка пламени побежала от кончиков обуглившихся кроссовок. — Ты врала мне! Притворялась подругой, а потом забрала его!
— Я никого не забирала, — возразила Тиль. — И не врала.
— Он твой дядя? — спросила Клэр и руками попыталась сбить огонь, тлеющий по краю сорочки, но с пальцев наоборот сыпались искры. Отчего-то ее это совсем не удивило. Странно, что она еще не превратилась в феникса, или как там называются огненные птицы из легенд. Растоптанная первая любовь жгла ее изнутри, обида поднималась волной, душила яростью…
— Нет, — признала белобрысая сучка. — Не дядя.
Кулон точно предназначался Тиль. Она швырнет его ей в лицо, выколет эти наглые синие глазки!
Клэр привычно потянулась к кулону рукой, пошарила по груди. Серебряные крылья куда-то делись, а ткань сорочки на спине вдруг треснула. Клэр задохнулась от потока энергии, рванувшегося через ее тело, выгнулась дугой.
— Что это, — прошептала она и, обернувшись, увидела два черных крыла, выросших за спиной. Пошевелила ими, осторожно тронула пальцами жесткие перья, топорщившиеся от ветра.
— Ты украла мой кулон! — воскликнул Ланс.
