Сильфия заливалась горькими слезами рыдая так, словно пришел конец всему. Она совсем перестала задумываться о том, что кто-то может её услышать, что её наверняка ищут. Сейчас её волновало лишь то, что её уютным мирок рухнул и не осталось в этом мире ничего, на что можно было бы опереться. Так нужен был сейчас кто-нибудь, хоть кто-то… Тот кто протянет ей руку, скажет что вс"e будет хорошо и он обо вс"eм позаботится. Так хотелось, чтобы можно было и дальше читать книги и переживать вместе с героями все эти удивительные приключения. Почему-то у героев романов всегда всё получалось. Они были готовы к любым передрягам, а если и не были, то им помогала в этом смекалка. А у неё всё сразу пошло совсем не так, как хотелось бы.
Девушка наощупь поползла вдоль склона, находя покатый край и выбираясь наверх. Она прижалась к стволу первого попавшегося дерева, обнимая его руками и утыкаясь лицом в пахнущую смолой кору. Сильфия продолжала горько плакать, выпл"eскивая всю скопившуюся печаль, а потом, окончательно выбившись из сил, уснула.
Она открыла глаза, щурясь от солнечных лучей, пробивающихся сквозь полог листвы. При дневном свете лес уже не казался таким мрачным и враждебным. В горле ужасно пересохло. К счастью, ручей был прямо перед ней.
Тот склон, с которого она недавно упала, был частью поймы небольшой реки, что брала сво"e начало на склонах горы. Вероятно, в сезон дождей эта река наполнялась водой и выходила из берегов, но сейчас от неё остался небольшой мутный ручей в обрамлении целого болота грязи.
– Ну… это лучше, чем никакой воды…
Сильфия поднялась на ноги. Её ощутимо шатало. Грязь засохла на коже и одежде корками. Лицо и руки нестерпимо чесались. Если бы кто-то увидел её сейчас, то ни за что бы не признал в такой замарашке юную княжну. Но это было даже хорошо. Она потопталась у края склона. Лезть в грязь по доброй воле казалось неправильным.
– Ты уже не леди, – сказала Сильфия сама себе, набираясь решимости.
Едва удержав равновесие, она спустилась с уступа. Сапоги по щиколотку ушли в грязь. Подавив брезгливость она сделала шаг. Грязь смешно чавкнула, отпуская ногу.
– Вот, не так уж это и страшно.
Она прочавкала по грязи до самого ручья и набрала в ладони воду. Та оказалась настолько мутная, что невозможно было рассмотреть собственные ладони. Сильфия напряженно смотрела на воду в своих руках. Жажда и здравый смысл отчаянно боролись в ней. В итоге жажда победила. Девушка сделала первый небольшой глоток. Вода на вкус предсказуемо не сильно отличалась от той грязи, в которой текла. На зубах заскрипел песок. Превозмогая брезгливость она сделала ещё несколько глотков и поднялась, осматриваясь и пытаясь понять, что ей делать дальше. Хотелось есть и отмыться от грязи. В любом порядке.
Лунь обнаружилась неподалёку – паслась на пригорке, с наслаждением пощипывая травку. Копыта пегаса были покрыты засохшей грязью – она тоже спускалась к ручью напиться. Стало немного легче, раз уж Лунь не стала брезговать этим ручьём, то и ей не следует. Сейчас важнее всего было восстановить силы для нового перелёта и не попадаться никому на глаза. Силифия с трудом добралась до склона – ноги постоянно оскальзывались, а подол платья, став тяжелым от налипшей грязи, прилипал к ногам и мешал идти.
Она сорвала стебелёк травы и попробовала пожевать его. Трава на вкус, предсказуемо, оказалась совершенно невкусная. Желудок заурчал, словно выражал недовольство таким издевательством. Сильфия усилием воли заставила себя проглотить травинку и пошла искать что-то, что будет более съедобным. Тихие шорохи леса пугали. Ей не хватало привычной суеты замка: хихиканья горничных, беготни кузенов и щебетания кузины, властного голоса дяди и тихого голоса тётушки, мелодичного всхрапывания пасущихся на лужайке пегасов. Всё это осталось где-то позади… И даже понимая, что обратного пути не будет, Сильфия тосковала по тому месту, которое прежде было её домом.
– Тут ведь ручей, – она старалась заглушить словами ту пустоту, что образовалась в сердце. – А там где есть вода обязательно должно расти что-то, что можно съесть.
Она обернулас на ручей. Можно было бы попытаться поймать какую-то рыбу или поискать на дне моллюсков, но для того, чтобы их приготовить, ей понадобится огонь. А ничего, чем можно развести костёр, у неё не было. Есть рыбу сырой Сильфия пока не была готова.
