– Потому что кинжал – самый могущественный артефакт Нового мира, – закончила за него Кира, отлетая от люстры и осматривая ее со стороны.
Астра снова взглянула на гобелен, хотя пару дней назад ей уже удалось рассмотреть его вблизи. На нем были изображены семь фигур, склонившихся над постаментом, на котором лежал тот самый кинжал – длинный, узкий и, что самое важное, двусторонний. Такой кинжал бы точно заметили, находись он на видном месте.
– Нас всегда преследуют одинаковые числа, – пробормотала Астра и затылком почувствовала, как ее осматривает пара темных глаз. – Семь Высших, семь членов Сената, семь человек на гобелене, четыре континента, четыре королевства… Может, эти цифры что-то значат?
– Значат, но мы не понимаем, что именно, – ответила Эстелла, проводя пальцами по золотым нитям гобелена. – И мне кажется, сейчас это не имеет особого значения.
Леона, Даниэль и Энакин уселись рядом с ними, хотя было видно, что разведчик чувствует себя не в своей тарелке. Зато Лайонкор было очень даже комфортно: ее глаза буквально раздевали бедного парнишку.
– Ты разговаривала с Ариадной и Лукасом по поводу Конгломерата? – спросила Астра у Эстеллы.
Услышав имена родителей, Солари поежилась.
– Они ничего не говорят, как и Тобиас, – ответила она, бросив беглый взгляд на Клэр. – Либо они не знают о кинжале и Конгломерате, либо их принудили молчать.
Но я уверена, что мама сама подталкивает меня к разгадке. Только благодаря ей я узнала историю Камельеры и Малаки. Но я не понимаю, почему сейчас она решила скрыть правду. Отец же в упор меня не замечает, будто я и вовсе не его дочь.
Эстелла прищурилась и посмотрела на Энакина.
– Я ничего не знаю, – сразу же вскинул он руки. – Ариадна просто давала мне наводки, а я помогал вам. Она никогда не делилась со мной своими мотивами.
– Их может сдерживать какая-то защитная магия, но как ее наложили, если вокруг королевств были построены стены? И как они наложили ее на Тобиаса? – пробормотал Илай, не отводя взгляда от окна.
– Учитывая, что, согласно пророчеству, я, возможно, убью своих родителей, – грустно усмехнулась Эстелла, – понятно, почему с самого детства они так от меня шарахались. Кроме нас троих, в роду Солари никого не осталось. О каких предках может еще идти речь…
Астра не любила, когда ее жалели, поэтому не любила жалеть в ответ. Но, услышав слова Солари, ей на самом деле стало ее жаль. Как хрупкая девочка могла пережить такую холодность со стороны родителей? Как она могла вырасти в такую сильную девушку и, даже узнав о своем предназначении, не забиться в угол со слезами на глазах?
Зал погрузился в гнетущую тишину. Астра неловко поерзала в кресле, оглядывая собравшихся.
– Есть информация от Рондды? – решила она перевести тему.
– Через пару дней у них переговоры с Льерсом, – ответил ей Дагнар. – Вальхалла просит, чтобы на них присутствовали Нэш, Клэр и Эстелла.
Коффман отставил тарелку с виноградом на столик около кресла и проворчал:
– Только если мы переживем послезавтрашний вечер.
Астра тяжело вздохнула и посмотрела на задумчивого Илая.
Последние дни он был сам не свой – таким отсутствующим она видела его только после возвращения из Бездны. Большую часть времени он молчал, порой даже грубил или огрызался на командиров и повстанцев, чего ранее никогда себе не позволял.
Когда Астра подошла узнать, что с ним происходит, Илай ответил:
– Я схожу с ума.
Тревожность. Она снова к нему вернулась. И Астра знала причину.
Никаких вестей от Дафны. Полная, абсолютная тишина от врага, который так сильно травмировал ее брата. Астра знала, дело не только в ее предательстве. Чувства, которые Илай испытывал к Богине, привели к тысяче смертей. Именно так он думал, продолжая винить во всех потерях себя.
Дафна заставляла его не спать ночами, постоянно ожидать удара в спину и охранять от угрозы своих близких. Она до сих пор сводила его с ума. Но сейчас совсем в другом смысле.
Астра знала, что Илай мечтает убить ее собственными руками, но не может этого сделать. Потому что она пропала. Потому что она буквально исчезла.
И это оказалось самым страшным.
– Вы осмотрели то место, где нашли гобелен? – спросила вдруг Леона, выводя ее из размышлений.
– Да, – кивнула Эстелла. – Обычная стеклянная стена и обычный стеклянный проход. Если гобелен и может помочь с местом нахождения кинжала, то нужно искать подсказку именно в рисунке. А на рисунке у нас… Да ничего на нем нет! Тупая скатерть…
– Повстанцы осмотрели все, – согласилась Клэр. – И даже гобелен нам не помог.
– Только если кто-то не нашел кинжал раньше.
Все головы одновременно повернулись к Илаю.
– Думаешь, в Альянсе есть предатель? – нахмурившись, спросил у него Аарон.
– Возможно.
– В Альянсе нет предателей, – тихо возразил Энакин, смотря себе под ноги. – Я бы уже об этом знал.
Астра с интересом осмотрела парнишку и, не удержавшись, спросила:
– Почему ты решил стать разведчиком?
