Молчу, смотрю на своих мужиков. Упёрлись друг в друга, как два барана, того гляди пойдут в лобовую. И понимаю, что решение принимать мне. Либо любимый, долгожданный, выстраданный, вконец измучившийся Санька, который влюблён в меня всю свою сознательную жизнь, и если оставить его сейчас, точно, погибнет. Либо красивый, успешный, богатый, твёрдо стоящий на ногах, самодостаточный эльф, которому всегда, всё нипочём, да и тараканов, которых мне не переловить за всю жизнь, целая голова … По-моему, выбор очевиден! Решение приходит само. Пока не поздно, утаскиваю Сержа в сени,
— Уезжай, — говорю, не давая себе подумать дольше, просто чувствуя, что так надо! Я же этого хотела, именно этого ждала. Игра с эльфом слишком затянулась. Он нужен был лишь для того, чтобы Саньку расшевелить, да и объяснять нечего, сам знал, на что подписывался!
— Ксень, свадьба через неделю! — взывает к разуму мой без пяти минут муж. Но лучше уж сейчас, чем после свадьбы его бросить. Найдут какую-нибудь причину, почему свадьба не состоялась, и лицо сохранят при этом.
— Скажете гостям, невеста заболела! Нет, лучше умерла! — отрезаю, — свадьбы не будет! Неужели ты ничего не понял? Ты же умный, эльф! Да и мамуля обрадуется, опять в её личное распоряжение попадёшь! — я рублю всё подряд, что приходит на ум, не боясь его обидеть, наоборот, хочу этого! Чтобы он послал меня и ушёл навсегда, потому что нет сил, видеть боль в невыносимых, фантастических, ещё пока зелёных глазах!
— Слыхал, друг? — это мне любимый решил помочь, высунулся из двери, — песня есть такая, и напевает сразу, «…уйди с дороги, таков закон, третий должен уйти!..»
— Хорошо трактуешь, брат, ловко, — глухо бросает Серж, Санька молчит, чувствует себя победителем. Потом эльф болезненно-быстро взглядывает на меня, понимаю, что в последний раз, прощается. Подхватывает руку, целует легко, едва коснувшись губами, и уходит, а скорее, бежит…
Мы возвращаемся в комнату, Санька принимается плакать, целует мне руки, а у меня остро саднит под сердцем. Я вроде бы радоваться должна, месяц назад такие новости, подняли бы до небес, а теперь нет. Мы опять вместе, связь здесь не берёт, не достанут. У моих есть телефон Сержа, если что, введёт их в курс дела. Так что, никто не помешает повторить райскую неделю… Только, возможно ли в одну реку войти дважды?..
В одну из первых же ночей без эльфа просыпаюсь в диком кошмаре, если бы Санька не разбудил, сошла бы с ума. Очнулась вся в слезах, а Петровский аж испугался, что я во сне реву навзрыд. Сроду в руках оружия не держала, а тут, будто бы мы с любимым пошли по консервным банкам пострелять, как в тире, здесь же, недалеко от леса. Я не хочу, а Санька дразнит, рассказывает, как это весело и азартно, не хуже рыбалки. Соглашаюсь, беру ружьё, прицеливаюсь, стреляю, но дёргаюсь от отдачи, и патрон мой летит не вперёд, а вверх, в небо. Слышу крик или даже стон, задираю голову и понимаю, что попала случайно в большую белую птицу. И она, немного пометавшись в воздухе, уходит в крутое пике и камнем летит на землю. Я, нет бы, отбежать, мчусь к месту вероятного падения, инстинктивно раскрываю руки, и лебедь всей тяжестью падает ко мне в объятья. Не в силах устоять под таким ударом, валюсь вместе с ним. Подбегает Санька, восторгаясь моей удачей, говорит, — круто поохотилась, а мне плохо, потому что, опустив птицу на землю, я вижу свои руки в крови и, главное, глаза умирающего подранка! Разве у птиц бывают зелёные глаза?..
Пять дней мы проводим в доме у озера. Санька и я. Он окончательно оклемался, а дольше здесь и делать нечего, еда закончилась, пора возвращаться. Гуляю возле замёрзшего водоёма, кругом заснеженный белый лес, красиво. Но мне всё равно, романтика куда-то исчезла насовсем. Вот брожу и думаю, я — ненормальная? То же место, тот же дом, тот же мужчина… Совсем недавно, пару месяцев назад у нас с Санькой здесь была медовая неделя, я ж наглядеться на него не могла, надышаться, нацеловаться! Я же помню эти ночи, физически помню! Как мы ходили на рыбалку, грелись у камина, смотрели комедии, целовались. Он же был самым лучшим, единственным! У меня на память в телефоне полно снимков осталось. Фрагментов нашего счастья! Где оно, за каким кустом прячется?.. Самой на себя противно, но от правды не спрятаться, эльф умудрился всё затмить! Мы даже пытаемся с Петровским заняться любовью. Но ничего не выходит. Я больше не летаю… Не могу, не получается! Похоже, Саньку я разлюбила… Когда? Как упустила момент, с которого в моём сердце прочно обосновался Серж? Я, наконец-то, осознаю, что потеряла самого дорогого человека! Я — дура!..
Возвращаемся в город, минуя своих, никого видеть не хочу, не могу! Санька тоже к родителям показываться не торопится, проносимся мимо нашего поворота домой…
Петровский всю дорогу шутит, планы строит, но я уже решила,
— Замолчи! Приедем, иди куда хочешь, разводись, женись, плодись! Только меня в покое оставь!
— К нему побежишь? — выясняет, схватывает на лету, чувствую, как в нём растёт обида, — ещё успеешь. До свадьбы как раз день!
