Крылья возмездия полностью

Слабый огонек вспыхнул, но не остановил оружие. Острие пропороло плечо. Эстелла взревела от ожесточенной боли. Кровь заскользила по экипировке, а тени метнулись к ней, учуяв безысходность.

Эстелла зажала рану и попыталась встать.

– Не смей прикасаться к ней… – послышалось змеиное шипение.

Она распахнула глаза, посмотрев за спину войда.

– Уходите… – прошептала едва слышно, но войд уже развернулся и увидел чернокнижницу.

Костяная маска на ее лице пошла трещинами. Бежевая мантия стала алой.

–Я сказала, не с-с-смей прикасаться к ней!– Костяной Череп вскинула подбородок, и Эстелла впервые увидела в ней воина.– Многое я за свою жизнь повидала, но чтобы такая поганая сошка, как ты, нападала на саму Звезду… Покаж-ж-жи свое истинное обличье, а не прячься за телом двухсотлетнего ангела!

Войд склонил голову и усмехнулся.

– А ты покажи свое, Моррена.

–Моррена? – потерянно повторила Эстелла.

Она никогда не видела, чтобы магия Костяного Черепа была настолько необузданной. Ее сила словно сорвалась с цепи. Даже созданный вокруг них теневой купол не мог сдержать фиолетовых, красных, черных всполохов, которые сталкивались с силой войда. Костяной Череп взревела, сложив руки в неизвестный символ, и войд со всей силы влетел в стену недалеко от Эстеллы.

Послышался хруст костей. И его смех.

– Стой! Если ты убьешь его… Илай…

– Я не собираюсь убивать его, моя дорогая, а вот выдрать эту мерзость из его души было бы кстати.

– М-м-м… – протянул войд и поднял голову, посмотрев на чернокнижницу сквозь слипшиеся волосы. – Ты меня немного утомила.

Он двигался словно призрак. Эстелла моргнула, а войд уже стоял перед Костяным Черепом. И она впервые заметила, во что превратилась спина Илая. Куски плоти свисали с ребер, словно ленты, кровь сочилась из рваных ран, на месте которых совсем скоро появятся шрамы.

Эстелла попыталась подняться, но ее сдержали тени. Они обвивались вокруг ее тела, приковывая к земле.

Вскинув голову, она поняла: все это это время войд просто сдерживался.

С его пальцев сорвался черный огонь и достиг самых локтей. Треск заполонил пространство. Пламя словно насмехалось над Эстеллой: «Смотри, мы с тобой – одно и то же».

Она не успела ничего сделать: следующая вспышка войда, безжалостная и горячая, как костер, отбросила Костяной Череп за теневой барьер. Злобно зарычав, существо двинулось к Эстелле. По его бледному лицу струилась кровь.

Она зажала рану и посмотрела в черные глаза.

– Борись, – сорвался с губ шепот. Эстелла свела брови и рявкнула: – Борись, ангел! Мы пришли за тобой. Я пришла за тобой. Потому что… люблю. Потому что хочу… хочу быть с тобой и видеть, как возрождается мир!

Войд встряхнул головой и тихо зарычал.

– Прекрати!

Эстелла с усилием поднялась на негнущихся ногах. Тени потянули ее обратно, но божественное пламя вспыхнуло, заставив их отступить. Она медленно двинулась к нему, выставив вперед окровавленные руки. Эмоции наслаивались друг на друга: при взгляде на знакомые черты лица злость сменялась любовью, ярость – нежностью.

–Ты называл меня… mi kirry sicraella. А еще ты дарил мне цветы, прикрываясь Нэшем и Аароном, – улыбнулась Эстелла, чувствуя жжение в глазах. – Ты был знаком с моей бабушкой и помогал ей много лет. А еще присматривал за мной.

Войд поморщился, прошипев:

– Ты не выберешься, чертов падший…

– А еще… еще ты любишь свой отряд. Атакующий. Они скучают и ждут твоего возвращения. Мне пришлось возиться с ними все время твоего отсутствия. И ты должен увидеть те эскизы, что я нарисовала. Мы вместе должны бороться, Илай.

Он гневно раздувал ноздри, смотря на нее как на своего главного врага. На шее Илая проступили темные вены. Теневой купол подернулся рябью.

Эстелла остановилась совсем рядом, протянув к нему руку.

– Найди себя, Илай…

Перед ним стояла девушка с серебристыми волосами, похожими на пепел, и голубыми глазами разного оттенка. Красивая, только с грустным взглядом. По ее одежде текла кровь, она протягивала к нему руки и что-то говорила.

Нет. Она умоляла.

Все звуки отошли на задний план, а огонь, тени и слепящий свет слились воедино. Войд внутри падшего ангела кричал, рычал и разрывал его тело. Он приказывал остановиться. Приказывал залезть обратно вглубь и никогда не возвращаться.

Но этот знакомый голос…

Эти слова…

Он пытался вспомнить себя. Боролся. Снова и снова боролся, когда каждый пытался завладеть им. У него пытались отнять душу, отнять свет, отнять самого себя. Но он кричал и вырывался, тянулся к огоньку, вспыхивающему в конце темного прохода.

Илай. Он – Илай.

Он пробирался сквозь тени, напоминающие ветвистый лес. Вдали мерцала звезда. Каждый его шаг сопровождался криком боли и отчаяния. Илай истекал кровью – физически и душевно.

Но он боролся.

Илай боролся.

Протянув руку к огоньку, он сжал его в ладони.

И сделал глубокий вдох.

Перед глазами появилось залитое светом помещение. Тени вокруг рассеялись, открыв ему кровавое сражение. Но картина резко изменилась, когда со стороны послышался чей-то вопль.

Эстелла!