То же самое она замечала в отношении Лукаса. Клэр поняла, что их с Эстеллой отцы очень отличаются: Тобиас более теплый и добродушный, в то время как Лукас – холодный, словно зимний океан. Несмотря на то что оба состояли в Сенате, жизнь развела их по разные стороны.
Услышав вопрос, Лукас сжал губы в тонкую линию.
– Нам нужно с тобой кое о чем поговорить, Клэр. Тобиаса здесь нет?
– Мне уже доложили, что твоя хмурая задница что-то требует от моей дочери. – Кряхтя себе под нос, ее отец втиснулся в спальню. – Хоть с порога уйдите…
– Папа, они не сделали ничего плохого, – взволнованно вскинув руки, начала Клэр.
– Конечно, они не сделали ничего плохого. Да, Лукас?
Мужчины застыли друг напротив друга с насупленными лицами. Спустя пару секунд затянувшейся тишины ее отец проворчал:
– Хоть руку мне пожми, дурак чертов.
Лукас выдавил улыбку, и они заключили друг друга в объятия. Затем отец кивнул вмиг просветлевшей Ариадне. Они приветствовали друг друга так, словно ждали этой встречи несколько лет.
Аарон, Нэш и Клэр удивленно переглянулись.
– Да уж. Кажется, нам нужно вам кое-что… – начал отец, но его прервало громкое рычание, от которого содрогнулась вся крепость:
Этот крик был пропитан яростной, всепоглощающей болью. Он проник свозь стены, дотянулся до самых дальних уголков крепости, оглушив своим отчаянием. И страхом.
Клэр тяжело сглотнула. Вина сразу же окутала ее плотной завесой.
Разлом был именно таким, каким показывала его Камельера.
Он не являлся простой трещиной в земле. Громадная расселина глубиной в несколько миль тянулась через равнину до самого Мертвого озера. Любой смертный, по случайности угодивший туда, погиб бы еще во время падения.
Если бы одно из морей было полностью высушено, оно походило бы на это место.
На фоне розоватого горизонта высились пики Певчих гор. По легендам, которые Эстелла читала в лавке Фрэнка, когда-то там обитали прародительницы Трамонтана – клан сильнейших ведьм, чьи предки основали королевство. От Разлома до Певчих гор простиралась выжженная войнами земля. Ни клочка травы. Ни единого дерева, что придало бы этому месту хоть немного жизни.
Разлом появился тысячелетия назад, и все это время никто и подумать не мог, что он окажется вместилищем чего-то настолько чудовищного.
– И когда ты узнала? – спросил Аркейн.
Приземлившись, Эстелла посмотрела на растянувшуюся у ног пропасть.
– В Цитадели. Она показала мне будущее.
– Узнав свое предназначение, ты должна была лететь в другую сторону, как можно дальше от Разлома.
Полы его серой робы трепал безжалостный ветер, а цепи звенели на каждом шагу, сделанном в ее сторону.
– Ты решила умереть героически, потомок Солнца?
Она холодно улыбнулась и расслабленно привалилась на одну ногу.
– Ведь из нас двоих кто-то должен быть героем. – Ее голос стал на тон ниже. – Я знаю, почему ты еще не открыл врата. Все три элемента из Старого мира находятся на своих местах. Фигура замкнута, но тебе… чего-то не хватает. Или кого-то.
В эту секунду ее единственным соратником был порывистый ветер.
– Меня. Моя сила и есть врата.
Эти слова оставили горечь на кончике языка.
– И поэтому ты сама пришла ко мне в руки?
Поднявшийся ветер бросал в лицо волосы, разносил по пропасти завывающие звуки, но она видела перед собой лишь его. Бессмертную сущность с дырой в груди, где раньше билось человеческое сердце. Монстра, превратившего два мира в руины.
Того, из-за кого она могла лишиться
– Не совсем. – Потянувшись к мечу, Эстелла приняла боевую стойку. – Я пришла попрощаться!
Отчаянно зарычав, она устремилась к Аркейну, словно огненная стрела.
Первая лента тьмы была отражена Морглесом. Призвав божественную силу, Эстелла окутала клинок яростным пламенем. Два теневых всполоха устремились к ней с разных сторон. Совершив выпад, она отразила одну из них мечом, затем резко развернулась и вскинула свободную руку. С ладони сорвался вихрь магии. От столкновения сил пришлось прикрыть лицо, но ударная волна все же заставила ее пошатнуться.
Аркейн не давал ей послаблений. Он управлял магией Старого мира, словно они были давними друзьями.
Но в эту секунду Эстелла сама стала первобытной силой: сокрытый внутри огонь слился воедино с каждой клеточкой тела. Ее движения были похожи на танец. Поворот – взмах клинка. Поворот – уход от атаки. Она кружилась, вытянувшись в струну. По спине катился пот, на шее вздулись вены, но дыхание, как учил Аарон, оставалось размеренным.
Эстелла медленно подбиралась к Многоликому, желая перейти на ближний бой.
Однако каждым взмахом руки он заставлял ее отступать.
Глубоко вдохнув, Эстелла нарочно пропустила следующий теневой удар. Когда молния устремилась в ее сторону, она проскользнула прямо под ней. Магия резанула спину, заставив закусить до крови губу.
