– Сто тысяч? Вы не могли ошибиться? – Падшая покачала головой. – Боги милосердные…
Эстелла сжала губы в плотную линию. Люцифер грязно выругался.
Сто тысяч войдов. Даже с объединением сил Рондды, Асхая и Бездны численное преимущество оставалось за Аркейном. А если учитывать ангелов… Сколько же их осталось после битвы у Терры?
– Не будем терять времени, – решительно сказала Эстелла и обратилась к падшей: – Вы можете отдохнуть. Пошлите на патрулирование отряд во главе с Кираном. И спасибо за информацию.
– Будет сделано, командир.
Как только она вышла, Эстелла глубоко вдохнула и посмотрела на Фрэнка.
– Рассказывай, – кивнул он.
Медленно оглядев собравшихся и сжав ладони в кулаки, она перенеслась в то видение, что показала ей Камельера.
– Я видела, как запечатали врата в прошлый раз. Камельера и Малаки сделали это благодаря кинжалу, а затем, став творцами Нового мира, наградили бесконечной силой Эллиаду. Как вы, в принципе, и говорили.
Эстелла посмотрела на сосредоточенное лицо Драгана.
– Однако запечатала врата именно Камельера, ваша дочь. – Взгляд переместился к Люциферу. – Она отправилась за завесу, где находятся входы и выходы в каждый мир, пространство или Вселенную, а Малаки стал ее проводником.
– Проводником? – нахмурилась Лилит, первая и единственная жена владыки Бездны.
На самом деле после встречи с демонами – в частности с заносчивой Аграт – Эстелла представляла Лилит совершенно иначе. Так сказать, под стать мужу. Однако демоница хоть и смотрела на них свысока, как на букашек под ногами, но была заинтересована в битве с Аркейном. И не пыталась убить Эстеллу, как сделал это в Бездне Люцифер.
Когда Эстелла произнесла имя Камельеры, кроваво-красные глаза Лилит наполнились глубокой болью. У нее был такой же взгляд, как у дочери. Такие же длинные черные волосы и закрученные рожки.
Эстелла чувствовала: Лилит и Люцифер скорбят по сей день.
– Да, – ответила она на вопрос демоницы. – Проводник держал ее по нашу сторону завесы, чтобы она не исчезла в Хеллире. Держал не в буквальном смысле, а на каком-то… высшем уровне. Малаки был самым дорогим для вашей дочери человеком. Они безоговорочно доверяли друг другу. Когда Камельера запечатывала врата, он держал ее здесь, в нашем мире.
Эстелла говорила на одном дыхании, пока сердце отбивало мертвый ритм.
– Однако Хеллир потребовал платы.
Внутри шатра повисла напряженная тишина. Она старалась не смотреть на лица своих друзей, говоря следующие слова:
– В этот раз она тоже понадобится.
Тук-тук.
Тук-тук.
– Плата – моя сила. Возможно, и моя жизнь.
– Нет.
Вокруг Илая взвились тени.
Эстелла сдерживалась, чтобы не обернуться к нему. Однако не выдержала и столкнулась с ураганом, бушующим в потемневших глазах.
– Нет, – повторил он едва слышно, но с такой угрозой, что даже Аарон поежился.
– Врата навечно закроются только в том случае, если я запечатаю их божественной силой, – начала объяснять Эстелла, переведя взгляд на хмурого Фрэнка. Каждое слово стоило огромных усилий. – Даже Камельера и Малаки не знают, потребует ли Хеллир большую плату. Но это единственный шанс одолеть его.
Клэр застыла как вкопанная. Нэш сжал челюсти. Астра и Аарон переглянулись: на их лица набежала тень.
– Если ты закроешь врата, Аркейн падет? – прервала затянувшуюся тишину Вальхалла.
– Немного иначе. Аркейн бессмертный, поэтому его не уничтожит даже моя сила. Чтобы окончательно убить его, нужно вернуться в то время, когда он был смертным, и нарушить баланс сил.
– То есть мы можем сделать его уязвимым?
– Можем. Его Путь – это сплошная нить, которая натянута сквозь время. Однажды я уже видела ее, когда была в Невесомье. Проще говоря, если лишить Путь Аркейна бессмертия, его удастся одолеть.
– И как это сделать? – продолжила напирать королева Рондды.
– С помощью двух артефактов, которые подарили ему вечную жизнь.
– Кинжал и корона. – Нэш побарабанил по столу пальцами. – Но они ведь в разных местах…
– Для этого и нужны проводники.
Люцифер поднялся со стула и провозгласил:
– Одним из них буду я!
– Нет, – тут же остудила его пыл Эстелла. – Камельера сказала, что проводники должны иметь эмоциональную связь с тем, кто будет закрывать врата.
Она посмотрела на Илая. В его взгляде отразилась полная готовность.
– Я сделаю это…
– Завеса не пропустит тебя, – мягко осадила его Эстелла, – потому что ты бессмертен. Ты лишился крыльев, но не вечной жизни. А проводник должен быть смертен, как Малаки.
Она повернулась к Клэр и натянуто улыбнулась. Леона, стоящая позади нее, сразу же напряглась.
– Ты поможешь мне?
В голосе отразилась неуверенность. Эстелла не хотела рисковать жизнями своих друзей, даже если Камельера сказала, что им ничего не грозит. Проводники не должны перемещаться за завесу: они будут находиться на ее пороге.
Клэр взяла Эстеллу за руку и сжала в поддерживающем жесте.
– Что за вопросы, Эс? Конечно, я сделаю это.
Эстелла выдохнула, почувствовав облегчение.
Затем посмотрела на другой конец стола.
– Даже не спрашивай, неудачница.
– Ты задолжал мне, Фрэнки. У тебя нет выбора.
