Старец не стал больше ничего говорить. Он низко склонился и, пятясь, отступил, все так же сопровождаемый свитой.
— Я просто потрясен, Лексар! — прорычал Хардар с таким видом, словно ему неожиданно перепало палицей по крепкому черепу. — Ты только что взял цитадель гноров, мой господин!
Он, все так же изумленно тараща глаза, повернулся в сторону стоящего в тревожном ожидании войска и вдруг заревел так, что вздрогнули ближайшие скалы, а с деревьев полетели листья:
— Слава великому Лексару! Слава нашему ярлу!
Его крик подхватили множество крепких глоток, и этот восторженный рев взметнулся к самому солнцу.
— Мы уповаем только на великодушие и справедливость победителя, — повторил один из собравшихся в огромном зале колдунов совета гноров.
— То-то вы были великодушны с народом таров, — зло улыбнулся Алексей, обводя свирепым взглядом сидящих за огромным круглым каменным столом.
Внутри цитадель гноров оказалась не менее величественной, чем снаружи. Просторные залы, украшенные сложнейшей мозаикой из цветного стекла, громадные гобелены, покрывающие стены, утонченные украшения и оружие, развешанные и расставленные повсюду. Внутренним убранством город-крепость гноров напомнил Алексею лучшие образцы католических храмов с примесью излишне роскошной обстановки богатейших замков. А зал, в котором заседал совет гноров, и вовсе выделялся великолепием среди других помещений города. Даже огромный круглый стол был инкрустирован каменной мозаикой с вкраплением россыпей драгоценных и полудрагоценных камней. А любое из каменных с высокой спинкой и удобными подлокотниками кресел, на которых восседали члены совета, запросто могло сгодиться любому монарху Забытого мира в качестве трона.
Сейчас в этом зале гноры все еще надеялись отделаться малой кровью. Но Алексей был непреклонен и неумолим. А молча стоящий за его спиной Хардар и вовсе горел желанием вырезать весь совет, а потом и всех остальных принадлежащих к роду гноров. Правда, Эльви, тоже присутствующая наблюдателем на этих переговорах, была настроена не столь кровожадно, и Алексей это отлично чувствовал.
— А то, как вы отнеслись к живущим в вашем мире гномам и оркам, — это тоже проявление гуманизма, великодушия и справедливости? — продолжил он. — Каждый вполне заслуживает такого к себе отношения, как сам он относится к другим. Вы сами, своими руками создали как раз такую ситуацию, когда верхи не могут, а низы не хотят. Так о чем теперь умоляете?
— Но мы готовы на любую контрибуцию, — напомнил другой член совета. — К тому же те, кто более всего ответственны за эти злодеяния, были вчера повержены твоим гневом, о Ужасающий. Именно тем, что нам вновь пришлось избирать совет и его глав, и вызвана досадная задержка, выразившаяся в том, что мы приветствовали тебя лишь утром.
— Ну что ж, — согласился Алексей, — тогда нам и спорить не о чем. Я ведь не нянька, чтобы битый час укорять вас, открывая вам глаза на неправедные поступки. Мои условия просты. Мне нужен народ таров. Весь, до последнего его представителя.
— Мы согласны, — торопливо закивали члены совета. — Немедленно все тары до последнего будут освобождены и отпущены с миром.
— Это не все, — огорчил их Алексей. — Вы дадите вольную всем оркам и гномам этого мира. И они будут вправе в любое время покидать этот мир. И никаких больше податей и оброков с их стороны в вашу пользу.
— Согласны, — после непродолжительной паузы простонал один из членов совета.
— Вольная распространяется и на другие народы, на всех, кто захочет уйти из-под вашей власти.
На этот раз пауза длилась гораздо дольше.
— Ты не оставляешь нам выхода, о Ужасающий.
— И последнее, — жестко закончил Алексей, — вы откроете для меня свои сокровищницы.
— Воля победителя, — гораздо поспешнее, чем ранее, склонили головы главы гноров.
Похоже, их заминка с приветствием была вызвана не только трудностями с выборами нового совета, но и кое-чем другим. Ну да и пес с ними.
— Отлично. Значит, нам больше не о чем рассуждать и спорить, — заключил Алексей, поднимаясь. — Надеюсь, вы не забудете о нашем соглашении. Иначе мне придется вернуться по зову моих вассалов и предать обидчика огню и мечу. И больше никогда между нами не будет переговоров и соглашений.
Не оборачиваясь и не взглянув на поникших членов совета гноров, он быстрым шагом покинул зал, чувствуя, как за ним следуют орк и колдунья.
— Мой господин! — встретил его возбужденный чем-то Оторок.
— Надеюсь, ничего плохого? — спросил Алексей.
— Ничего плохого, — улыбнулся гном. — Тебя ждут на центральной площади. Это очень важно, мой господин.
— Сегодня удачный день, — пожал плечами Алексей. — Надеюсь, это не изменится. Веди.
После выхода из зала совета настроение у него был такое, что хотелось запеть или выкинуть какую-то глупость. Впрочем, стоило ли этому удивляться, когда вместо кровавой бани у стен цитадели все обратилось во вполне успешные переговоры, на которых полно и исчерпывающе решены все вопросы? Он выполнил обязательства перед тарами и теперь мог без зазрения совести требовать от них в ответ необходимую ему информацию.
