Что мне делать? Прорываться наружу? Был бы я в полной силе — так бы и сделал. Хрен бы меня остановили какие угодно твари. Но в том-то и проблема, что я без сил. Почти без сил. Три недели. Я лежал без сознания три недели? Не отвлекаться. Надо больше информации и посмотреть динамику возвращения способностей. Без Астарты... Не знаю, смогу ли вообще вернуться в силу. Я совершенно не чувствую Астарты.
Марк наблюдал за моими метаниями, решив прервать размышления.
— Я понимаю, ты, наверное, хочешь отправиться на поиски близких или что-то подобное...
Я перевёл взгляд на капитана.
— Мне повезло, сюда я дошёл без трудностей. Но что будет, если столкнусь с какими-нибудь тварями?
Он кивнул:
— Хорошо, что ты это понимаешь. Другие говорили, что с их силой что-то происходит. Я-то одарённый слабенький, так, пара фокусов. Но из родовитых, они говорили, что энергия почти не восстанавливается.
Киваю:
— Да. Я тоже почувствовал.
— Вот! Отдохни, поешь нормально, поспи. Перевари всё. Это всё непросто, любого здесь спроси, подтвердит.
Ага. Знал бы ты, Марк, что именно я эту кашу и заварил. Вот бы удивился, наверное.
— Где здесь можно привалить кости?
Марк улыбнулся.
— Зависит, сир, от ваших требований...
Я отмахнулся.
— Никаких требований. Где шума поменьше, да чтоб не бродили зря.
— Военный? Ты извини, что так прямо спрашиваю. Понимаю, что ты не привык ещё к нашей обстановке...
— Да, военный, — соврал. — Как соберу мысли в кучу, да оклемаюсь немного, там и поговорим нормально. Надо думать, как выбираться из этой... Самой чёрной жопы.
Марк одобрительно покивал.
— Это дело, парень. Это дело. А то я сам уже не тяну. Хочется нажраться вдрызг и забыть об этом хоть на пару часов, — он повернулся голову в сторону и громко крикнул. — Байрон!
К нам зашёл парень в солдатской одежде. Но по нему сразу было понятно — штабной писарь. Чистый интеллигент, худой, глаза умные, но немного растерянные. Марк хотел что-то сказать, но сплюнул и обратился ко мне.
— А, забыл спросить, тебя зовут-то?
— Като. Фамилии нет, наёмник я.
Капитан кивнул, а чего ему не кивать, по одежде я на наёмника походил куда больше, чем на родовитого.
— Байрон, отведи Като... Да к Ирине хотя бы. Пусть даст ему поесть да отоспаться.
— Слушаюсь, капитан, — кивнул парень. — Следуйте за мной.
От еды я отказался, не чувствовал такой потребности. Мне выделили угол в комнате и плотный кафтан, чтобы положить под себя в качестве матраца. Там я и растянулся, проваливаясь в беспокойную дрёму.
Из нервной дрёмы меня вырвал звон колокола. Тревожный звон колокола — хотелось добавить. Не помню за собой склонности к поэтичности, но поди ж ты. По идее это просто звон, он не может быть весёлым, грустным, тревожным. Но, учитывая положение, в котором находится город, звон может быть только тревожным, потому что он поднимает тревогу.
Все эти мысли проносились у меня в голове уже на ходу. Я выбрался на улицу вместе с десятком солдат, отдыхавших в этом же доме. Бойцы тут же побежали, кто куда, кажется, даже привычно, рутинно, обыденно. Я прислушался к себе. Демоницы не ощущалось, а вот с магией стало лучше. Самоисцеление мне сейчас не требовалось, так что, по ощущениям, могу несколько раз порадовать кого-нибудь чем-нибудь смертоносным. Так странно ощущать себя настолько...
Подавил странную мысль, я двинулся к палатке капитана. Марка на месте не оказалось, отправили к воротам, одним из. Кажется, тревога была именно там. И, стоило мне выйти из палатки, в стороне раздался перестук выстрелов, а затем несколько раз грохнуло. Поспешил на звук.
То, что дело плохо, было видно издалека. Разорванный на две части человек, лежавший посреди дороги, на которого всем было плевать, красноречиво говорил об уровне опасности. Я даже не успел добраться до самих ворот, скрытых углом дома, когда с крыши спрыгнула тварь. Привычное чёрное нечто на четырёх лапах и с большой пастью. Почему-то я перестал воспринимать встречи с противниками, любыми, как что-то... опасное.
Аккуратно создал режущую косу, очень прицельно отправив её в тварь. В этот раз без эксцессов, магия сработала так, как требовалось, твари срезало голову, мгновенно убив.
Но она была не одна. С крыши уже летела следующая, также получившая заклинание в морду и упавшая рядом. А уже третью я поймать так не успел. Меня попытались укусить за лицо, но зубы — кривые треугольные резцы, лишь оцарапали кожу. Я даже её дыхания не почувствовал, вопреки стереотипу о массе неприятных впечатлений, испытываемых при подобных поцелуях. Схватил тварь за голову и без труда повернул. Раздался хруст, но не хруст позвонков, всё же физиология у этих существ отличалась. Это хрустела разрываемая кожа. Я бесхитростно оторвал голову голыми руками...
