— Они держали нас там шесть часов, нас четверых, которые были на месте, когда они пришли. Они даже организовали собственную пресс-конференцию в нашем холле. Но это, кажется, не было одобрено сверху. Мы пытались связаться с Аксеновым, и они наконец ушли оттуда. Но потом они регулярно возвращались, размахивали своими пистолетами и говорили, что мы должны освободить помещение.
После штурма парламента журналистские расследования стали невозможны. Татьяна Курманова и ее коллеги больше не могли получать объяснения или любую информацию из официальных источников. На пресс-конференции допускались только те журналисты, которые задавали некритические вопросы.
— Они просто не позволяли нам войти в парламент. Нам ничего не объясняли, просто перекрыли туда дорогу. Когда мы пытались задать вопрос председателю парламента на улице, он убежал от нас и прокричал, что не желает разговаривать с американскими шпионами.
Когда Татьяна Курманова вместе с оператором стояла перед домом правительства, чтобы задать несколько вопросов промосковскому премьер-министру Аксенову, их силой отбросили в сторону охранники Аксенова. И это не все.
— Эти отряды самообороны угрожали мне и говорили, что если я попробую войти, то они на месте изнасилуют меня, а потом вложат мне в руку гранату и скажут, что я планировала взорвать здание правительства.
По данным международной правозащитной организации «Human Rights Watch», так называемые отряды самообороны принимали участие в противозаконных арестах, похищениях и пытках многих крымчан, демонстрирующих свою поддержку Украине. Кроме того, согласно сообщениям «Human Rights Watch», отряды самообороны многократно силой разгоняли демонстрации и препятствовали работе журналистов. Всего по крайней мере пятнадцать крымских татар и проукраинских активистов исчезли или были похищены за первые шесть месяцев после захвата парламента. Шестерых похищенных позже отпустили на свободу, среди них проукраинских активистов Сергея Щекуна и Анатолия Ковальского, которых одиннадцать дней удерживали в нечеловеческих условиях в помещении, где было еще много других заключенных. Ковальского подвергали пыткам. Двое пропавших позже были найдены мертвыми: это — Решат Аметов и Эдем Асанов, оба — крымские татары. Согласно информации, полученной Центром журналистских расследований, приказ об аресте Щекуна и Ковальского отдал лично Аксенов. За эти и другие похищения людей никто не был наказан.
Несмотря на угрозы, Татьяна Курманова и ее коллеги из Центра журналистских расследований пытались продолжать работу в Крыму. Когда их выгнали из арендованного помещения в доме профсоюзов, они нашли временный приют на частном телеканале «Черноморка», который также передавал их репортажи. Но вскоре последовал еще один удар.
— Мы долго искали, но никто другой не решался сдать нам в аренду помещения. Очевидно, все получили сверху указание, что этого делать нельзя. Но «Черноморка» приютила нас. А в августе пришли ФСБшники и конфисковали все оборудование: как «Черноморки», так и наше. Все камеры, все микшерные столы, все компьютеры со всем нашим архивом были отобраны. Нам как-то удалось спасти одну камеру, вот и все. У нас не осталось ни оборудования, ни помещения, нас никуда не пускали.
Уже тогда Татьяна и Александр констатировали, что им больше нет смысла пытаться работать в Крыму журналистами. Поэтому они решили переселиться в Киев.
— Мы оставались в Крыму полгода, наблюдали за изменениями и все больше убеждались, что больше невозможно там жить. Мы на самом деле серьезно поссорились с несколькими нашими лучшими друзьями. Они не понимали нас, и сейчас мы не поддерживаем с ними никаких отношений. Думаю, что у всех в Крыму были подобные конфликты с друзьями. Но многие наши друзья соглашаются с нами, и многие из них действительно покинули Крым, — говорит Татьяна.
— Но мы вовсе не пытались убеждать других брать с нас пример, это было наше собственное решение, и они относились к нам как… не к предателям, а как к дуракам, убегающим от хорошей жизни, которая скоро начнется, от хорошей жизни в российском Крыму, — рассказывает Александр.
Весной, сразу после того как отряды самообороны Аксенова напали на помещение Центра журналистских расследований и шесть часов удерживали Татьяну вместе с другими, Татьяна с Александром участвовали в праздничной вечеринке с друзьями. Она пыталась тогда рассказать одной подруге о том, что случилось.
