Я поднял забрало шлема и рукой вытер лицо, вроде полегчало. Они, наши внуки, правнуки, убивающие ради нас немцев, лишь бы мы могли подняться, покрепче встать на ноги, и взять в руки дубину потяжелее... Главное успеть... Чего успеть я так и не додумал, меня снова вызвал капитан Магомедов, - Второй, приготовиться, рубеж атаки. - Я заглянул ему через плечо, благо второй пилот сиди в кабине на голову выше первого. Подсвеченный мертвящим зеленоватым светом, к нам стремительно приближался аэродром. Разогретые моторы готовых к вылету самолетов светились нежно-зеленым светом. Мне рассказывали про БРЭО с элементами ночного видения, но так, наскоро. Наблюдать это воочию было жутковато. Всю эта картинку я видел не больше пары секунд, потом аэродром скользнул под нас и капитан выкрикнул, - Аллах Акбар! За Родину, за Сталина! - машина начала вздрагивать, каждый раз как от нее отделялась бомбовая кассета. Две кассеты в секунду, полоса сплошного поражения двойной плотности примерно шестьсот на двести метров. Одна полоса из трех. А всего, с нахлестами, четыреста на шестьсот. А я-то думал - вся атака продолжалась даже не две минуты, а пять секунд. Всего пять секунд, я бросил взгляд назад. На месте, аэродрома будто ожил вулкан. Пылали и взрывались заправленные под пробку самолеты, и пирамиды бочек с бензином на окраинах аэродрома. Когда мы, уже развернувшись по широкой дуге, начали набирать высоту, на аэродроме начали детонировать подвешенные под самолетами бомбы. В наушниках прозвучал голос полковника Хмелева, - Вовремя! Еще чуть-чуть и опоздали бы.
Капитан Магомедов ответил, - Зато накрыли всех разом, и самолеты, и летчиков, и техников, и штабистов. Теперь эту группу Герингу придется формировать с нуля.
Это вы, товарищ капитан, точно заметили, - добавил наш второй ведомый старший лейтенант Рюмин, - будет теперь у Алоизыча опять коврик на завтрак.
- Отставить разговорчики, - вмешался полковник Хмелев, - возвращаемся на высоте двенадцать тысяч, скорость два сто. Магомедов, на высоте можешь дать Покрышкину чуть порулить. Но только товарищ старший лейтенант, осторожно у меня. С этой машиной надо ласково как с юной девицей...
Значит, товарищи, я попробовал. Как и говорил товарищ полковник - осторожно. Машина зверь! Причем дикий! Учиться, учиться и еще раз учиться - товарищ Ленин не зря говорил эти слова. Причем для начала на чем-то мощнее моего Мига, но и попроще, чем эта машина. До сверхзвука мне еще расти и расти, однако важен первый шаг, а его я сделал. После посадки надо будет поговорить с товарищем полковником, интересно, что он мне посоветует?
Флаг я решил держать на лидере "Ташкент". Мне почему-то вспомнился адмирал Макаров с его страстью к легким крейсерам. А ведь погиб-то он как раз не на "Новике" или "Аскольде", а на тяжелом "штабном" броненосце "Петропавловск".
Но не будем о грустном, погибать мы не собираемся, даже наоборот. Как сказал товарищ Ларионов, пускай теперь немцы погибают за своего фюрера, а мы будем жить долго и счастливо. Надо было видеть лицо товарища Ерошенко, когда на траверзе мыса Херсонес, из туманной дождевой мороси нам навстречу вынырнули пять темных силуэтов. Четыре больших десантных корабля, и сопровождающий их БПК "Североморск". Его я опознал по двум маленьким артиллерийским башням, у "Ушакова" же на баке башня только одна и побольше. Больше похожих кораблей в природе нет, и пока не предвидится. С помощью ратьера обменявшись с нами опознавательными, "Североморск" заложил, крутую левую циркуляцию, уходя обратно в открытое море и уступая "Ташкенту" место мателота.
Капитан 2-го ранга Ерошенко повернулся ко мне, - Кто это был, товарищ адмирал? - Не припомню что-то таких крейсеров в нашем флоте? - Тоже как мы, заграничной постройки? - Американец или англичанин?
Ну да, сто тридцать метров, и семь тысяч тонн водоизмещения - вполне себе легкий крейсер по нашим временам. Но по сути это не так, и это надо объяснить. Смотрю на товарища Берия, тот кивает головой, ведь товарищи Ерошенко и Коновалов подписку ОВ уже дали...
Я поворачиваюсь к Ерошенко, который пристально смотрит в сторону уже скрывшегося в дождевых зарядах корабля, - Товарищ капитан 2-го ранга, это новый тип корабля - большой охотник за подлодками...
- А что это он такой большой, товарищ адмирал? - это уже военком "Ташкента" батальонный комиссар Коновалов, - Обычно охотники за подлодками они совсем маленькие, а этот такой огромный - не дороговато ли он для нашего флота обошелся?
- Еще дороже этот корабль обойдется немцам, - и тут меня осенило, - если мы, конечно, сумеем перебросить его на Северный флот.
