Гордеич хотел увернуться, и ключи, выскользнув из его пальцев, с легким звоном упали на асфальт. Серов резко нагнулся, чтобы поднять их, услышал какой-то хлопок, и тут же на него сверху навалился Фагот, молча и грубо пытаясь прижать к земле.
– Сдурел?
Сергей скинул его с себя, удержав за куртку, и вдруг увидел: вся она залита кровью. Лицо Гордеича побледнело, нос заострился, а бакенбарды казались приклеенными. Слабо цепляясь тонкими пальцами за Серова, он едва слышно просипел:
– Серега! Меня, кажется, убили…
А в сторону Садового кольца на приличной скорости уходили светлые «жигули», минуту назад выруливавшие со стоянки у кабачка…
Серов бережно положил Фагота на асфальт, подсунул ему под голову свой свернутый пиджак и, не обращая внимания на любопытные взгляды прохожих, смотревших на висевшую у него под мышкой кобуру с пистолетом, кинулся вызывать «скорую»…
До полуночи Сергей проторчал в «Склифе», выясняя отношения с местными коллегами, следователем, экспертами и с тревогой ожидая, когда выйдет хирург, оперировавший Гусева. Уже было известно, что пуля клюнула Фагота в левое плечо, задела легкое и застряла в спине. Больше, чем на сто процентов, Серов был уверен – стреляли в него! Как раз там, куда угодила пуля, за мгновение до этого находилась левая лопатка Сергея. Нагнувшись за ключами Гордеича, сыщик избежал верной гибели – киллер уже не успел остановить палец, выбравший слабину спускового крючка. Уж кто-кто, а Серов знал, как это делается.
За ним начал охоту серьезный профессионал – дилетанты крошат все подряд из автоматов или закидывают гранатами, чтобы не оставить ничего, кроме горы трупов. У профи своя гордость и почерк: они не размениваются на подобные вещи. Их кредо – один точный выстрел из бесшумного оружия. Поэтому они не зря берут свои деньги. Сегодня вечером работал профессионал, который, обнаружив, что волею случая промахнулся, предпочел быстро исчезнуть и растворился в бесконечном транспортном потоке – это его белые «жигули» уходили к Садовому кольцу!
Значит, анонимные «советчики» не привыкли бросаться пустыми угрозами? А то, как быстро их угрозы начинали претворяться в жизнь, просто пугало – неужели Сергей действительно сумел где-то и как-то зацепиться за хозяев тропы? Иначе зачем им так торопиться?
Сообщая коллегам и медикам о происшествии, Серов немного слукавил и ничего не сказал о своих подозрениях: зачем распространяться среди множества малознакомых людей. Кто даст гарантию, что самыми невероятными путями информация не перейдет от них к тем, кто отдал приказ нажать на курок? Нет, пусть лучше все считают, что просто встретились два приятеля, посидели в ресторанчике, а когда вышли, один случайно схлопотал пулю. Любому известно – в наши дни стрельбу могут открыть и без всякого повода.
Наконец вышел врач.
– Жить будет, – сразу успокоил он собравшихся. – Плохо только, что пьяный.
– Пулю извлекли? – спросил Сергей.
– Да, – хирург раскрыл ладонь. На ней в комке ваты лежала небольшая остроконечная, чуть сплющенная пуля.
– Позвольте? – тут же подскочил эксперт, но Серов уже успел увидеть все, что хотел.
Пуля пистолетная, скорее всего – от «вальтера», но, может быть, и от ТТ. Ладно, эксперт определит, а пока подтверждались опасения, что работал крепкий профессионал. И спасло Серова только чудо, иначе лежать бы ему сейчас в криминальном морге с этой самой остроконечной пулькой в сердце.
Сергей зябко передернул плечами и хрипловато спросил у хирурга:
– Когда его можно навестить?
– Это вы с ним были? – обернулся тот. – Вроде от вас не пахнет.
– Не пью. Так что?
– Сейчас мы его отправили в реанимацию. Впереди тяжелые сутки. Кстати, у него есть семья? Надо бы сообщить.
– Я скажу жене, – вздохнул Сергей…
Вторую половину ночи он провел в разъездах. Сначала отправился домой к Фаготу на его же помятой «шестерке». Узнав, что случилось с мужем, Надежда – так звали благоверную мастера блюзов и свингов – сначала впала в транс, а потом забилась в истерике. С большим трудом Сергей ее успокоил, и тогда Надя бестолково кинулась собирать продукты, зачем-то схватила чистую рубаху, потом бросилась к телефону: звонить дочери.
Далеко за полночь, все на той же «шестерке» Серов привез их в «Склиф», отдал дочери Гусева ключи от машины и пешком отправился домой. Страха он не испытывал – почему-то в нем жила твердая уверенность: второго покушения сегодня не будет. Не будет, и все!..
Спал Сергей плохо, ворочался с боку на бок и просыпался в холодном поту – так и чудилось, что на него снова мертвенной тяжестью наваливается задетый пулей киллера Фагот, а светлые «жигули» не уходят к Садовому кольцу, а тормозят у кромки тротуара напротив них, и во мраке салона мерцают вспышки новых выстрелов. Острые пули рвут мышцы, горячая кровь бежит уже не по жилам, а ручьями хлещет по груди…
