Серов отложил заявление.
– Далеко пойдешь.
– Как договаривались, крестный, – нагло ухмыльнулся Карцев. – Вы заявленьице-то под сукно не кладите, дайте ему ход.
– Непременно, – уверил Тур и достал из кармана сложенный вчетверо лист бумаги. – Знаешь, что это? Объяснение секретарши из офиса. А еще мы напишем рапорта, где во всех подробностях…
– Не надо, – прервал его Карцев. – Я переписываю заяву прокурору, а вы обходитесь без лишних подробностей. Договорились?
– Подумаю, – пообещал Серов. – А ты пока перепиши «телегу». И не забудь, на чем мы столковались.
– Как можно? – Петр заправил волосы за уши и принялся старательно переписывать жалобу.
«В одиночку его не отправишь, – наблюдая за ним, тоскливо думал Сергей. – Хотя ох как надо его подержать в полной изоляции. Но об этом можно лишь мечтать: все следственные изоляторы и “предвариловки” забиты до отказа. Для очень серьезных “деловых” и то не найти одиночки, а чего уж такая шелупонь. И пути циркуляции информации между тюрьмой и волей еще никому никогда не удавалось полностью перекрыть – даже НКВД в годы полного разгула ежовщины и бериевщины. Сейчас и подавно: все продадут и купят. Следовательно, если Лечо связан с серьезными людьми, то он мгновенно узнает о задержании своего посланца. И насторожится! Мне это совершенно ни к чему, но я бессилен что-либо сделать. Противно до тошноты, но факт!»
– Где «Каштан»? – решил уточнить Серов перед тем, как отправить Карцева в камеру.
– Какой каштан? – тот очень натурально изобразил полное недоумение. – Не шейте мне новое дело, гражданин начальник.
«Все, замкнулся, – понял Сергей. – Боится Тура и вообще всего и вся боится. Больше он ни слова не скажет, все впустую. Надо было его на этот “Каштан” еще там, во дворе колоть! Обмишурился я маленько, думал, еще успею узнать».
– Ладно, иди, – махнул он рукой, и Владимир передал Карцева дежурному милиционеру. – Я тебя, Петя, еще навещу.
– Буду рад, – обернулся Карцев. – Но, думаю, я здесь долго не задержусь.
– Это точно, – кивнул Тур. – Переедешь в «Бутырку» или «Матросскую Тишину».
Хлопнула дверь, по коридору прокатился звук шагов: «волосатик» начал тюремную одиссею.
– Давай заедем куда-нибудь перекусить, – предложил Серов. – Ты с Танечкой хоть чайку попил, а мне даже стакан минералки выпить не удалось.
– Поехали, – согласился Володька. – Я знаю одно местечко: прилично и недорого…
В свой кабинет они вернулись, когда уже начали спускаться сумерки. Дождь наконец-то прекратился, но тучи висели низко, словно хотели накрыть город непроницаемой пеленой душного тумана, затопить им улицы, площади, переулки, чтобы люди и днем блуждали, как ночью, когда не горят фонари.
Подобное ощущение испытывал Сергей: кругом клубящийся непроницаемый туман и более ничего. Правда, в нем мелькнул один призрак, обретший плоть, и даже удалось узнать его кличку – Лечо! Но ни одной тропки к его тайному обиталищу не видно. И как верить Карцеву, сколь правдив человек, насквозь пропитанный страхом?
Вообще вся эта история оставила неприятный осадок на душе, как будто сделал нечто мерзопакостное, но сама жизнь постоянно заставляет играть на грани фола! Распусти сопли, начни соблюдать каждый параграф и букву далеко не совершенного, сильно отстающего от реалий жизни Закона, и ты не раскроешь ни одного преступления. Никогда! Законодатель не только вечно тянет с принятием новых законов, но и совершенно не знает, какова в действительности криминальная обстановка и в каких условиях приходится работать сыщикам, следователям, экспертам. Откуда ему знать? Он заседает! Если хорошенько приглядеться к составу заседающих, то вслед за развенчанным пролетарским вождем невольно воскликнешь: «Страшно далеки они от народа!»
Себя Серов с народом не отождествлял, однако при любой власти находился в глухой оппозиции к ней, пытаясь уйти во «внутреннюю эмиграцию», замыкался в себе, своем тесном мирке.
Поразмыслив, Сергей пришел к выводу, что действовал сегодня правильно: Карцев отдал ему самое важное из того, что знал, а остальное уже полное фуфло. Серьезные люди не отправят на дело человека, который много знает: пойдет простая пешка! При задержании из нее можно вытрясти не больше одной связи или явки. А как не поверить в серьезность публики, пытающейся скрыть следы уплывших за кордон пятидесяти миллионов долларов США? Связь он вытряс, а теперь надо торопиться. Душа чует, надо, пока эта связь существует!
– Боевое задание, старший лейтенант Тур, – Сергей лукаво прищурил глаз. – Срочно выясни, что представляет собой заведение «Каштан» и где оно находится.
– Сергей Сергеевич? – понимающе кивнул Володька.
– Не только… Когда я с «волосатиком» потолковал по душам, он раскололся, что на поход в «Кимур» его подписал некий Лечо из «Каштана», а вот из какого и где он, не успел уточнить.
– Значит, если «Каштан» один и тот же, в нем сходятся две линии: Сергей Сергеевич и Лечо?
– Не загадывай, а действуй! Мне тоже нужно сделать несколько звонков, – он подвинул ближе свой телефонный аппарат.
